Иллюзия вечности

Мужчина лет сорока остановился и резко одернул женщину за рукав модного кожаного плаща. Она попыталась отмахнуться, но мужчина перехватил запястье спутницы и сжал его в кулак до побелевшей на костяшках коже.

– Эй, ты! Переступаешь черту! Твоё настроение не моя проблема, ясно? Меня самого мутит уже от тебя. Хвала терпению, еще держу себя в руках. Но пора тебе преподать урок! – он притянул её к себе, – выбить из твоей башки дурь, наконец. Может, тогда прекратишь вертеть головой и поглядишь честно на себя. Кто ты есть на самом деле.

Ты… Мегера. Может тогда в тебе что-то изменится. Стоит только начать. Весь мир к чертям может измениться за доли секунды…

Могучей тенью он надвигался на неё до тех пор, пока испуганная привлекательная женщина не прижалась к стене, выставив вперёд, чуть заметно, острие сложенного зонтика.

Он замахнулся рукой: – Иногда мне кажется, что у тебя просто чешется между…

Неожиданно сквозь напитанные злобой слова в рот мужчины обрушился страшный холод, сковав будто льдом недосказанное.

С головы соскользнула твидовая кепка, и упала на землю. Волосы неестественным образом вздыбились. Руки за какое-то мгновение покрылись маленькими трещинками, разбежавшимися причудливым узором вдоль линий судьбы.

Женщина вздрогнула от пронзившего мороза и, дернувшись вперед, нанесла нечаянный удар зонтом в голень мужчины (как впоследствии выяснится смертельный). Охнув, она осела на асфальт, раскинув ноги. Юбка задралась, открыв исподнее. Широко раскрытые глаза её спутника бесстыдно уставились на укромное местечко.

Изо рта мужчины раздался гортанный хрип.

Прошло меньше минуты. Их тела расслабились, погрузившись в вернувшееся тепло. Лёд, так же неожиданно как появился, пропал. В переулке взвыл ветер. Под ногами прошелестел газетный листок. Парочка не двигалась с места. Мужчина перевёл взгляд на окровавленную брючину: – Арх-х-х… – выдохнул он. Затем нашёл в себе силы поднять женщину на ноги.

Пару минут спустя силуэт обнявшейся парочки был еле различим в темноте, поглотившей их шаги.

Деревья вновь расправляли свернувшиеся от холодного шока листья, попутно стряхивая мёртвых мух, принявших жуткую участь во сне. Ртуть на термометрах в окнах квартир медленно ползла вверх, к звёздам.

Шла середина августа – бархатный сезон, сезон отпусков.

1

Начало

Для меня привычный мирской уклад полетел в тар-тарары тем утром. Вероятно, будь я внимательнее, заметил бы признаки начала конца и раньше, но сложилось так.