Иллюзия вечности

Вернувшись в большую комнату, за дверью я нашел початую бутылку водки. Полез в сервант за рюмкой и уставился на своё отражение в зеркале. Уши расплывались лопухами по салатницам. Нос краснел уродливым отростком. Рот сквозь призму хрусталя сверкал звериным оскалом. Кто мы? Живые, или уже только отражение жизни?… Я всё хорошо сказал ему. Мог признаться себе, что был доволен. И я верил, что так оно и есть на самом деле. Вот буду пить здесь, а на диване тетя Света с Сашкиным отцом сидят рядом. Брр! Даже жутковато стало.

Закрыв шкаф, я сорвал пробку на бутылке и присосался к горлышку. Проглотил и вздрогнул от неприязни: – Ну и дрянь же! – Затем повторил трюк. И ещё раз уже на диване. Сквозь прежний туман в голове забрезжил свет. Невыносимая тоска отступала. И, как водится при этом, мысли обрели лёгкость и этакую невесомость в голове, начав беспорядочное движение и толкая друг дружку. Я поднёс к глазам бутылку. О борт сосуда плеснулась водка. Жаль, пены нет, подумал я и опрокинул остатки стихии в глотку.

Фррр! Мотнул головой: – Дрянь! Какая ж она дрянь. – Я бросил бутылку в угол. Раздался грохот, но было всё равно. Голова поймала диванную подушку, и свет погас…

Проснулся я часа два спустя. Просто открыл глаза и с легкостью привел туловище в вертикальное положение. Голова не болела. Только уши чуть заложило. Зато ныла рука. Уснул я, подмяв её под себя. Оттого та затекла до невозможности. Потому, похоже, и проснулся. Пока кровь расходилась по распрямившимся мышцам, я массировал руку и бродил по комнате.

Состояние удивительное. Не трезвый еще, но уже и не пьян.

Сходил умылся. Проведал Сашку. Тот спал. Дышал спокойно. Одежда не мокрая. Крови, слава богу, нет. Я вернулся в гостиную, включил телевизор и откинулся на диване.

20-18. Прайм-тайм. Телевидение продолжало жить. Жить, показалось, для того, чтобы каждый из нас знал, что ежеминутно за дверьми дома умирают люди, и ты можешь стать следующим.

Развлекательным программам и художественным фильмам больше не было места.

Наверняка, они исчезли навсегда из жизни телевиденья. Даже не верилось, что ещё каких-то два дня назад люди могли получать радость от результата футбольного матча, наслаждаться оперой или вожделеть с экрана массивные груди новой телезвезды. Теперь осталась лишь одна тема для разговоров: почему, когда, чем и насколько этого хватит. Последовательность можно менять. Как известно, от перемены мест слагаемых, все одно – сумма не меняется.