Седьмой этаж

– Ну… тебе виднее… Жуть, отказаться от двух таких парней! Слушай, а может, организуешь мужской гарем? Тогда и выбирать не придётся, и, возможно, все тогда будут счастливы, – захихикала Лиза. – Шучу, шучу, – замахала она руками, поймав Женькин укоризненный взгляд. – Давай-ка, вытрем сопли и отложим раздумья на завтра. Утро вечера мудренее.

– Угу… Лиз, спасибо тебе…, – сказала Женька, в очередной раз шмыгнув носом.

– За что?

– За поддержку. И за то, что не обижаешься на меня из-за Ильи.

– Да ладно, мы же подруги. Да и обижаться мне, по большому счёту, не на что. Что ж я совсем дура, что ли, чтоб не понимать такие вещи? – пожала плечами Лиза.

Женька, совершенно измотанная своими переживаниями, быстро уснула, а Лиза всё лежала без сна, перебирая в уме подробности их разговора. Лиза пыталась представить себя на месте подруги и чем дольше об этом думала, тем сильнее утверждалась в мысли, что вовсе не хотела бы на нём оказаться.

* * *

Женька поняла, что с ней произошло, ещё до его отъезда.

Не хотела верить в это, принимать, сопротивлялась до последнего. Она всеми силами пыталась противопоставить чувствам доводы рассудка, убеждала и уговаривала себя не терять голову, не разрушать свой прежний благополучный и спокойный мир, в котором она ещё совсем недавно была счастлива.

Когда узнала, что он уехал, сначала расстроилась, а потом решила, что, возможно, это её шанс. Возникла слабая надежда на пресловутое с глаз долой – из сердца вон.

Ей необходимо было остыть, успокоиться и побыть от него вдали. Она судорожно цеплялась за эту возможность, как утопающий за соломинку.

Не тут-то было. В первый же день его отсутствия она почувствовала такую тоску, что хотелось выть. Время словно заморозил кто-то. Каждая минута, и так тянувшаяся бесконечно, наполнилась душевной болью.

И всё же, она не собиралась поддаваться унынию. Благо, её характер не позволял ей ни при каких обстоятельствах распускаться и киснуть.

Она заваливала себя учёбой, делами, всем, чем только можно было заняться, чтоб только не оставалось времени для мыслей о нём. Пока она была активно чем-то занята, тоска отступала.

Что касается Дэна, то он, как это ни парадоксально, был сейчас для неё одновременно и проблемой, и отдушиной. Ссориться они перестали. Она мало общалась с ним, ссылаясь на загруженность учёбой.