Маргарита

И не буду больше морочить вам голову своей философией, скажите-ка – как бы вы отнеслись к идее поработать теперь со мной?

– С восторгом, Денис Денисович! Вы хотите взять кафедру или лабораторию в институте?

– Нет. В этой квартире имеется большое специальное помещение для лабораторных экспериментов, и необходимое оборудование из Германии и Швейцарии мне доставят буквально завтра. – Он повысил голос, чтобы было слышно через открытую дверь: – Зиночка, свари нам еще крепкого кофе!

– А о каких исследовательских направлениях вы говорите, профессор? В том же поле – генно-инженерной тематики?

– Не совсем, доктор Борменталь, не совсем.

Мы всё крутимся вокруг молчащих генов и не можем их понять, не правда ли? «Некая балансовая составляющая» – говорят одни, «Просто эволюционная случайность» – утверждают другие. Нет-нет, дорогой, природа совершенно не терпит случайного, да и эволюция сама все больше походит на сказку для утешения.

– Для утешения?

– Конечно. Происхождение от животного снимает всяческую ответственность – ну вы посмотрите вокруг.

Да к тому же вам прекрасно известно – биологически ближе к человеку не обезьяна, а свинья, и уверяю, если завтра кто-нибудь выдвинет такую теорию происхождения, она многим понравится.

– М-м, вероятно. Однако вы говорили о молчащих генах. Я правильно догадываюсь, о собственной на их счет гипотезе?

– Правильно, доктор.

Хрупкая миловидная девушка внесла поднос с двумя чашечками, от которых шел чуждый и манящий аромат жарких стран.

– Спасибо, Зина. Как ты находишь моего ученика? Красивый и не женатый. Вы тоже обратите внимание, доктор, какая славная и опять же, в контекст, незамужняя.

Девушка смутилась, щечки ее так стремительно покраснели, как бывает еще у детей.

– Да-с, дорогой мой Иван Альбертович, молчащие гены. Вы не задумывались о том, что мы, люди науки, никогда ничего не придумываем? Мы не придумываем, а открываем. Следовательно, это открываемое существует вне нас. – Профессор предупреждающе поднял руку: – Не отвечайте, мысль, разумеется, тривиальная.

Однако тот факт, что мы открываем истинное, означает, что мы действуем истинными методами. – Он поспешил вслед за выпущенной струйкой сигарного дыма: – И это тривиально, согласен. Но вот никто не делает очевидный за этим шаг – методы, как истинное, стало быть, тоже существуют вне нас.

– Несколько парадоксально, профессор. У вас по-прежнему на все свой особенный угол зрения.

– Так иначе не интересно.