Апокриф

]

Ты спрашивала, какая сейчас обстановке в учебных заведениях. Внешне, во всяком случае, все прилично. Занятия идут. Но не все преподаватели и учителя вернулись на свои места. Тех, кто ушел (ну, должен был уйти, ты меня понимаешь) после разбора в этих комиссиях (ну, ты знаешь), их обратно не берут. Мы думали, что всех возвратят. Но вот, оказывается, говорят: «Никакого пересмотра не будет, все правильно». Представляешь?

Хотя сами комиссии уже почти не работают. Не понимаю!

Но, вообще, обстановка уже другая. Главное – молодежь утихомирилась.

Девочки могут приезжать и поступать. Только предупреди их, что сейчас во всех анкетах, которые нужно подавать при поступлении на обучение в государственные университеты и колледжи появился новый вопрос: «Признавались ли Вы или Ваши ближайшие родственники лицами, противопоставившими себя родине и народу?» Это я узнала от Гирзы Мемеш (ты ее знаешь). У нее супруг работает в Департаменте народного просвещения. Скажи мужу, что то же самое требуется писать при поступлении на любую государственную службу и в компании с государственным капиталом. Пусть имеет ввиду.

А девочек проинструктируй (ну, ты знаешь как). Мне по секрету сказали, что это не очень-то просто проверить (ну, ты знаешь, что).

Очень жду моих милых внучек. Хотелось бы увидеть и обнять нашего принца. Может быть, привезете? Может быть, в отпуск? Ведь должен же у Варбоди быть отпуск?

Обязательно дай телеграмму перед приездом!

Целую тебя, милых внуков, ну и, конечно, дорогого зятя!

    Твоя любящая мама»

Глава 8.

Материк

И вот опять Лоррии в салоне маленького двенадцатиместного самолета авиакомпании «Айсберг».

Короткий разбег против ветра и в сторону моря. Земля отскакивает вниз, а тень аэроплана стремглав бросается в сторону. Около красно-белого параллелепипеда аэровокзальчика, стремительно улетающего в пространство, кучечка мурашей, машущих лапками – провожающие. Где-то среди них папа и мама.

На кресле сзади – спокойная как всегда Адди. Она с солидностью взрослого человека снисходительно уступила младшей сестре место у самого иллюминатора, а сама довольствуется простенком.

Адди недавно исполнилось восемнадцать. Она уже успела поработать младшим делопроизводителем шахтного сектора и ощущает себя вполне самостоятельной, знающей жизнь дамой, особенно после того, как родители совершенно серьезно поручили ей попечение над младшей сестрой на время пути.

Правда, эта опека скоро закончится. У сестер разные планы.