Людвиг Кондратович (Вл. Сырокомля)

Единство окажется само собою, окажется свободно, но ст?сненiе авторитетами, какъ бы высоки сами по себ? они ни были, или рамками, какъ бы широки не были эти рамки, мертвитъ и уничтожатъ свободную д?ятельность челов?ка точно такъ же, какъ и народа. Ссылка на европеизмъ, какъ на эмпирическое указанiе, эмпирическое данное, то же самое, что ссылка на Аристотеля во времена схоластики, – схоластическое «jurare ad verba magistri» – т?снящее и уничтожающее всякую свободную мысль. Несвободной же мысли быть, разум?ется, не можетъ; она была бы логической нел?постью.

].

Мiръ иберiйскаго племени, богатая литература скандинавскихъ народовъ забываются нами точно такъ же, какъ и собственное наше богатство, и, стремясь отъ самихъ себя и собственнаго своего опред?ленiя, мы не получаемъ и соотв?тственнаго вознагражденiя, совершая ущербъ самому себ?. Только въ угоду искусственно-священному, отвлеченному понятiю. Съ понятiемъ о челов?честв? и европейзм? совершается тоже самое, что и съ хваленымъ духомъ времени, о которомъ давно уже сказалъ Гете, что онъ ссть

Vieleicht der Herren eigner Oeist

In dem die Zeiten sich abspiegeln, —

духъ самихъ писателей, въ которомъ времена только отражаются.

И такъ, отказываясь отъ собственной своей индивидуальности, мы не только нарушаемъ самое понятiе объ общемъ, но и не д?лаемся даже причастниками этого условнаго общаго, а, просто на просто принимаемъ на себя личину чужой индивидуальности.

Отказъ отъ индивидуальнаго строя собственной своей народности, есть преступленiе противъ челов?чности – crime de l?se – humanitе!

Но, въ особенности, гр?шны мы въ этомъ отношенiи, передъ наибол?е близкими, родственными намъ, племенами славянскими. Мы вс? въ свое время воспитывались на Гете и Шиллер?, на Шекспир? и Байрон?, на герояхъ и произведенiяхъ поэтовъ и романистовъ Францiи, обогащались принятiемъ въ себя индивидуальныхъ особенностей германскаго, англiйскаго и французскаго народнаго духа, и самыя даже литературныя посредственности этихъ народовъ такъ, или иначе, оказывали на насъ свое возд?йствiе.

Никакая политика графа Бисмарка или лорда Биконсфильда не можетъ заставить насъ забыть Германiю Шиллера и Гете или Англiю Шекспира, Диккенса и т. п., которые всегда въ сознанiи нашемъ будутъ представляться могучими оправдательными документами народнаго духа.