Нулевой экземпляр. Часть 2. Странная игра

Пока она сидела в яме котик спокойно ждал её дома.

– Котик? Выглядит так, будто это была его схема, – посмеялся Верстаков, допивая остывающий кофе.

– И не говори.

– А Васильченко? Он кто?

– Ай, ну его. Хвостом всё бегает за Павлом Николаевичем, думает, станет таким же, как он. Толку от него ноль. Ко мне неоднократно клеился. Я его предупредила, что, когда он окажется у меня на столе, я просто не смогу определить причину его смерти.

Вадим расхохотался.

– Жестоко ты с ним. Бедный парень.

– Ага, бедный.

Не будет распускать свои жидкие ручишки.

– Даже так?

– Да, – отмахнулась Катя, – плевать. Всё уже в прошлом.

– А, – задумчиво выдавил Вадим, нагло уставившись прямо в губы Кати.

Они оба замолчали. Улица тем временем начала понемногу оживать. Поливомоечная машина неторопливо сметала с дороги пыль, выпуская мощный напор воды. Ветер принёс вместе с воздухом мелкие капли, разлетающиеся от струи радужным вихрем. Дальше по тротуару шла молодая парочка, догуливая субботний вечер, а когда поливалка добралась до них, девушка взвизгнула и они, смеясь, отбежали на газон.

Молчание нарушила Катя:

– Вадим, слушай… а ты что-то упоминал о какой-то больнице? В разговоре с Павлом Николаевичем.

– Не помню.

– Ну как… ты хотел отправиться туда. Павел Николаевич рассказывал про неё. Что в восемьдесят втором году началась вся эта история. Вроде бы.

– А, да? Мы говорили об этом? Есть где-то такая больница.

– А расскажи про неё, – нежно сказала девушка, двигаясь ближе к столу.

Вадим резко отстранился от беседы, выискивая причину отделаться от этого разговора, но ничего вразумительного придумать не смог.

– Мне Никитин первым рассказал об этой больнице. Как раз про тот случай в восьмидесятых годах. А потом… сама знаешь, что случилось с Фёдором. Понимаешь ли, и Лаврин это говорил, и Никитин… и ещё один парень рассказывал…

– Что за парень? – резко перебила его девушка.

– Да… там. В ролике. Друг прислал посмотреть.

– И что там в ролике?

Катя стала вести себя менее сдержано.

Если бы не тёмные очки, то со стопроцентной вероятностью в её глазах можно было бы прочитать разгорающийся огонь любопытства.

– Там молодой парень. Он привёл туда своих друзей… ну или был в качестве экскурсовода за деньги… в общем, не знаю. Они ходили по этой больнице вчетвером. Парень всё снимал на камеру, рассказывал истории о призраках, про доктора, что там работал.

– Что за доктор? – вновь перебила Катя, наконец-то убирая с лица солнечные очки.