Вселенная – звук

Видимо, философ все-таки подстраховался и произнес этот код с гипнотическим нажимом, что бы исключить возможность сорвать эксперимент. Хитрый сволочуга.

– Феноменально! – старичок откинулся на стуле и взирал на меня теперь с явным удовольствием, – Ну что же, коллеги, констатирую – первый тест прошел удачно, предлагаю перейти к тесту на томографе.

Это еще не все? Сколько они будут мучить меня? Я вообще-то жутко голоден. Словно в подтверждение этих мыслей, желудок недовольно заурчал.

– А можно мне поесть?

– Нет, молодой человек, только после тестов! Выпейте воды.

Да сколько можно пить воды то! Я отрицательно покачал головой, в ответ на поданный мне стакан. Комиссия, в полном составе поднялась из-за столов и покинула помещение. После этого ассистенты жестом приказали мне подняться и, взяв под локти с двух сторон, повели из помещения через другой выход.

После очередного недолгого плутания по странным коридорам меня завели в большой круглый зал. По периметру зала было расставлено разнообразное оборудование, а в центре зала стоял большой томограф.

Очень большой томограф, наверное, в него можно слона засунуть. Левую от входа стену, занимало огромное панорамное окно. Располагаясь на высоте двух метров от пола, оно блестящей дугой охватывало почти половину зала. Стена справа вся была увешана огромными экранами, как раз напротив огромного окна. Я посмотрел в окно и за стеклом увидел мелькающую седую шевелюру. Вся комиссия в сборе заняла лучшие места в партере.

Меня сопроводили к томографу, там натянули на голову тонкую эластичную шапочку, усеянную круглыми таблетками датчиков.

Водрузили на переносицу плотно прилегающие очки на резинке и положили на упругую, но в то же время достаточно жесткую поверхность.

Пару минут ничего не происходило, затем поверхность подо мной пришла в движение, наверное, выдвижная платформа начала завозить меня в томограф. Доставив меня на место, платформа остановилась, и вокруг себя услышал тихое гудение, это заработал огромный агрегат.

Зачем он им такой большой? Жутко представить, что они могли в него запихивать.

Мои размышления о странных чудовищах, выловленных для исследования из глубин океана, прервались включением очков. Привычная цветовая чехарда вновь закружила мне голову. Поток не связанных цифр заполонил мою голову. Среди этого круговорота формул вновь возник образ Ивана Владимировича.

«Запоминай, Алексей, следующие данные»

Но данные услышать я не успел.