Черное. Белое

Прохладный ветер высушил стекающие слезинки, и я бросилась прочь от больницы. Когда проходила мимо качелей, на которых еще не так давно сидели мы с Марком, боль в сердце напомнила о себе с удвоенной силой.

Сбавив шаг, я подошла к деревянной скамейке. Прямо возле нее стоял огромный дуб с широко раскинувшимися ветвями и яркими листьями. На скамейку я забралась прямо с ногами, прислонившись спиной к мощному стволу. «Дуб – это символ силы и мудрости. Береза отдает силу, а дуб – забирает». Воспоминания в моей голове сменяли друг друга, и я не сопротивлялась им.

Раз уж впустила в себя боль, теперь можно немного насладиться воспоминаниями…

Но я опять не рассчитала свои возможности – думала, что больнее уже не будет, но когда оторвалась от своих грез и открыла глаза, шокирующая действительность вызвала во мне новый приступ отчаяния.

Как же так?.. Его нет!

– Марк! Пожалуйста, вернись, – тихонько прошептала я. А после, потеряв над собой контроль, вскочила со скамейки и крикнула, что было сил: – Пожалуйста, вернись!! – Голос надорвался, словно отделяя букву от буквы, слог от слога.

Крик опустошил меня, и боль ненадолго сжалась в комочек и прекратила посылать импульсы по телу. Но только совсем ненадолго…

Задул сильный ветер, унося мои слова куда-то дале-ко-далеко. Я села и закрыла глаза. К счастью, мыслей не было, и я просто слушала свое дыхание, сначала частое и прерывистое, потом глубокое и медленное.

Со странным чувством расслабления я просидела там около получаса и вернулась в палату.

Только спать на этот раз я не решилась. Теперь не хотелось смотреть сны о нем.

Примерно через час меня позвали к доктору.

– Ждешь хороших новостей? – с улыбкой спросил он.

– Хороших новостей, – усмехнулась я. Лишь одна новость могла бы быть для меня хорошей – о том, что мне принесли розы. Но этого не будет, поэтому я была равнодушна.

– Сегодня четверг. Выписываем тебя в понедельник. Еще неделю, максимум две, полежишь дома.

Какие препараты будешь принимать, объясню во время выписки. Ну, что, рада?

– Да, – вяло отозвалась я. Дома, конечно, лучше. В комнате буду одна, и душ будет не общий. А так – в чем еще разница? Ни тут, ни там Марка не будет.

– Странно… Я думал, ты будешь в восторге.

– Конечно, я рада. Просто, я не ожидала ничего другого. Две недели уже прошло.

Вернувшись в палату, я покорно уставилась в потолок. До визитов еще далеко.