Тюркские мотивы

Или вот, на все сто – русский писатель-фантаст Сергей Лукьяненко, пишущий на русском же, но выросший на Востоке, в своих произведениях философичен по-восточному, несёт неповторимый аромат восточных притч и сказок. В творчестве Паоло Коэльо заметен след восточной образности и мышления. Болгарский поэт Веселин Георгиев ярко творит на русском языке. Если идти дальше – Набоков и Бродский создали шедевры уже на английском языке. Видимо, если их произведения переводились бы переводчиками, работающими, как сейчас принято, исключительно с подстрочником, то что-то очень важное, духовное терялось бы.

Ведь в прошлом, зачастую, литературными переводами занимались мастера, равные, а то и более сильные по творческому потенциалу, чем национальные авторы. И это позволяло создавать в переводе произведения высочайшего уровня, которые приносили славу порой весьма малоизвестным авторам.

Все эти встречные процессы сегодняшнего дня, как бы, открывают новый «Шёлковый путь» для литературы Евразии, когда появляется новая литература – не классическая русская и уже не национальная в чистом виде, а синкретическая, включающая голоса и колорит разных культур этой общности.

Турецкие зарисовки

Ворота Востока

Это моря иль города гул?

Или ветер с Востока подул?

Только слышится громче и громче:

«Истанбул! Истанбул! Истанбул!»

Минаретов торжественный хор

Оглашает молитвой Босфор.

И звучит над проливом азан,

Как сердцам незаблудшим «сезам».

Здесь очаг тьмы народов раздут,

Всех эпох постоянный редут,

Для изгнанников – горькая чаша,

Эмигрантов последний приют.

Вечный символ Востока – чинар.

Под чинаром – бескрайний базар.

И торговец – то липкий, как местная сладость,

То безжалостный, как янычар.

Синим вечером здесь не до сна.

Город весь – как одна ашхана:

За столами вдоль улицы – праздник желудка —

Пьют-едят всей гурьбой до утра.

Здесь кончается «Шёлковый путь».

Запад с ветром врывается в грудь.

Сын Византия,

Константинополя наследник,

Рим восточный,

Стамбул,

Счастлив будь!

Эфес

Сколько раз из руин ты воскрес

И не раз возрождался из пепла

Амазонок столица – Эфес —

И исправный служитель Кибелы!

Чудо света – волнующий храм

Артемиды, известный по праву

И усладой красою глазам,

И лихой геростратовой славой.

Илиаду слагал здесь Гомер,

Македонский – для крепости стены.

Видел амфитеатра партер

Из Нерона кровавые сцены.