Прелести Лиры (сборник)

Жизнь коротка, а сознательная жизнь – просто миг.

– Мне трудно ответить на этот вопрос в двух словах. Потому что я тебя люблю – такой ответ тебя устроит?

– Ты так на все мои вопросы отвечаешь. А я сейчас о другом… Скажи, чего тебе не хватает? Ведь ты живешь, как хочешь. У тебя даже миксер есть, куча ножей, даже фартук. И никто тебе не мешает. Сам себе хозяин. Разве это не предел мечтаний – жить как хочешь, в свое удовольствие?

– Да, я живу как хочу. Но как хочу – это девиз слабака. Если ты живешь, как хочешь, следовательно, ты не можешь жить так, как должен.

– Но ты же ненавидишь это слово – должен. Ты же сам говорил.

– Ненавижу. Но я должен его любить. Я должен хотеть, понимаешь?

– Нет. Я только понимаю, что ты катастрофически умный. И мне от этого немного страшно.

Ее слова неприятно укололи меня – прямо в то самое место, где гнездятся всякие страхи. Мне страшно не понравилось слово «страшно». Оно было ключевым во фразе.

Во всем нашем разговоре.

Пожалуй, во всех наших отношениях, если вдуматься.

Как можно было так легко обронить убийственное слово, Вера?

А как еще надо было с ним обращаться, Лев Львович? Бережно обернуть разноцветной фольгой и пустить этот свинцовый комок из пращи тебе в висок, чтобы сразить наповал?

Вера здесь не при чем, профессор. И слово не при чем. Тогда в чем дело?

Я же умный, должен знать.

И я, конечно, знал, только не хотел догадываться об этом.

– Почему ты не женился? Скажи мне, только честно.

Вера повернулась ко мне. Никакого живота, разумеется, не было. Розовый халатик (купленный специально для нее – собственно, новогодний подарок), фартук и распахнутые глаза.

– Ты никак не можешь привыкнуть к тому, что слово «честно» мы не употребляем. Просто потому, что нечестно мы не говорим. Если появляется слово честность – прощай, честность.

– Извини. Почему ты не женат? Это ведь странно, если разобраться. Столько женщин вокруг…

– Давай разбираться вместе с тобой.

– Давай разбираться.

– Понимаешь, в чем дело, моя девочка…

– Дальше не продолжай.

– Почему?

– Потому что я уже хочу тебя. Ты сказал «моя девочка». А этого не следует делать…

Мы оставили на ней только фартук, который нам сначала не мешал, и быстро перебрались на постель.