Стекло и дерево

Кто брал коньки, кто сдавал. В основном это были простые посетители, молодёжь имела собственные коньки и далеко не от Робеспьера. Алик достал термос, угостил горячим сладким чаем.

– Какой странный привкус! – отметила Эвелина.

– Это чай с чабрецом, – поведал Алик.

– А кто ты есть, Алик? – совсем неожиданно для себя, бесцеремонно спросила Эвелина.

– Понимаю вопрос. Я, можно сказать, художник.

– Выставляешься где-нибудь?

– Почти. Дело в том, что это моё хобби.

– А профессия?

– Я уже много о себе рассказал, но не знаю ничего о тебе!

– Я простая студентка.

– На каком поприще?

– Психология.

– Замечательно! Я всегда интересовался психологией, особенно животных.

– А почему животных?

– Они добрее людей, хоть и жёстче.

– Наверное, ты в чём-то прав, – задумчиво произнесла Эвелина.

– Может быть, – уклончиво ответил Алик.

Эвелине показалось, что с новым знакомым общаться легко и просто. Они поговорили ещё о разном, всюду Алик проявил осведомлённость. Он не навязывал своего мнения, ничего не утверждал категорически, но и не соглашался по-глупому.

Алик вероятно казался кому-то странным, но только не Эвелине. Обычный молодой человек, мужчина с развитым интеллектом. Сейчас такие – редкость. Потому Люська и назвала его человеком не от мира сего. Вот в такие времена живём, если человек оказывается нормальным, то считается чудаковатым. Если студент обнаруживает глубокие знания, то уже отличник. Хотя… всё относительно. Относительно людей, занятых ежедневными бытовыми проблемами, – увлечённые чем-то глобальным, автоматически воспринимаются ненормальными.

Эвелина поделилась своей мыслью с новым знакомым.

– Всё в мире относительно, – согласился Алик. – Абсолютна только вечность!

Что ж, мысль глубокая, над ней стоит поработать. За разговором они подошли к подъезду Эвелины, Алик огляделся и заметил для себя, что Люська живёт в соседнем дворе.

– Людям, понимающим друг друга, не надо терять связь, – намекнул он, прощаясь.

Лина написала номер телефона и протянула Алику.

– Когда? – коротко спросил он.

– Лучше часам к восьми вечера, пока!

– До свидания! – попрощался Алик и добавил, обращаясь уже к закрытой двери: – До скорого свидания.

Он обратил внимание на фирменную защитную отделку двери, хмыкнул и спустился по лестнице пешком, не дожидаясь лифта.

Эвелина чувствовала необычайный прилив свежей энергии. Мороз ещё горел на её щеках, в голове появились новые впечатления.