Стекло и дерево

– Вы-и, – протянул адвокат, – надеюсь, выражаетесь фигурально?

– Да без меня она ничего не смогла бы достичь!

– Отвечайте на вопрос, – зевнула судья с отёкшим лицом.

Судебный процесс больше походил на шоу, чем на серьёзное заседание служителей Фемиды. Владимир решил смотреть внимательнее. Оказалось, что не так уж и скучно! Судья вообще большая хохмачка, что ни слово, то перл!

– Мы знакомы с того самого времени, когда…

– А вы ответьте на вопрос! – поковырялась судья в отвислом ухе, увенчанном огромной полупудовой серёжкой.

 – Чего вы нам так всю биографию рассказываете? Ведь ясно задан вопрос, с какого года вы работаете вместе с ответчицей?

Карина Львовна побагровела, какое это имеет значение? Она взглянула на своего адвоката. Законник, заплывший жиром, встрепенулся, если это можно так назвать, на самом деле он немного и тяжело двинул ягодицами, складки жирового слоя аморфно перекатились друг на друга, а когда он, наконец, разинул рот, сверкнув суперзолотыми зубами, четвёртый этаж подбородка ловко скрылся.

– Ваша честь, – заискивающе склонился он к судье, – позвольте.

– Не позволяю! – отрезала судья, упиваясь сознанием собственного превосходства. – Пусть истица ответит на вопрос!

– Моя представительница полагает.

– Что она может полагать? – искренне удивилась судья, и обратилась сама к истице. – Вы полагаете вопрос бестактным? У вас склероз? Иначе я попросту не могу понять, почему не отвечаете толком, а вешаете лапшу!

Ей бы по телику выступать в предвыборных дебатах, заключил Владимир.

Он подавил в себе смешок.

– Ну не в лоб, так по лбу! Как Зоя Космодемьянская на допросе!

Ну да хорошо, проехали! Ну, а дальше? – судья вопросительно уставилась на адвоката ответчицы. – Ещё вопрос?

Положительно, судью невозможно обвинить в предвзятости, она одинаково по-хамски относится к обеим сторонам.

Молоденькая адвокатша, которую Владимир поначалу принял за секретаршу, смутилась и присела.

Удивительно легко и мгновенно подскочил защитник Карины Львовны.

– Скажите, пожалуйста, – обратился он к Алине, подруге Владимира и ответчице, – насколько вы приблизились к разгадке теоремы Ферма?

– Я?! – смутилась ответчица. Столь глупейший вопрос застал её врасплох.