Стекло и дерево

– Да ведь это так просто, они расплавляются и попадают в стекло, а затем проникают в каждый дом, они воруют наши мысли, наши чувства, наши эмоции.

– А деньги?

– Какие деньги?

– Деньги тоже воруют?

– Не всё измеряется деньгами. Разве можно купить глоток воздуха после смерти, когда лёгкие не могут дышать?

– Погодите, вы ведь живой!

– Пока да, но завтра появятся колемучки и заберут нас всех: вначале всех голых, затем и обутых в свинцовые сапоги.

– Но зачем им всё это?

– Странно слышать от вас, доктор, такие глупые вопросы.

Они пришли уничтожить мир на Земле, насадить на планете другую форму жизни.

– Я понимаю и знаю, – уверенно поведал доктор. – Но разве нет никакого выхода?

– Есть, есть выход. Выход есть всегда. Я подумаю над этим и обещаю, завтра же сообщу вам первому.

– Хорошо, хорошо, а пока вам надо отдохнуть.

– Нет, мне не надо отдыхать, я не хочу отдыхать, пожалуйста, только не отдыхать! – в голосе больного появились слабые нотки интонации. Верно, отдыхать в нулёвке он не хотел.

Но по звонку врача вошли санитары и увели профессора. Сопротивляться бесполезно, да и опасно, поэтому больной лишь жалостливо взглянул в глаза Риму и понуро поплёлся по коридору.

– А что это у него?

– Суицидальная попытка, Рим Николаевич, причём совершенно неожиданная! В последние дни его болезнь внезапно начала прогрессировать, не смотря на проводимую терапию. Вот, появились эти колемучки, раньше их не было и в помине! Он просто рассуждал, ничего особенного не ожидалось.

– А кто он?

– Профессор-филолог. Защищал соцреализм в литературе, выступал против новых атипизмов, госпитализирован впервые. Сослуживцы заметили некоторую странность в поведении и разговоре. Удивительно, конечно, возраст уже не для шизофрении. Однако, факт. Даже не знаю, что с ним делать! Возможно, начнём инсулинокоматозную терапию или электрошок. Пока лежит в нулёвке, хоть под контролем.

– Жаль, – только и сказал Рим.

– Слушайте, Рим Николаевич, а может, вы попробуете?

– К сожалению, не могу, – вздохнул Рим, памятуя о разговоре с шефом.

Слишком опасно развивать бурную деятельность. Дулина недвусмысленно заявила. – Не суй свой нос, куда не следует! Анализы, мол, и без тебя назначат, работай исключительно с бумагами.

– Ну, как знаете, шоковая терапия рискованна, особенно в его возрасте, но делать-то нам нечего! – заведующий акцентировал слово шоковая.

Врач ординатор жалел профессора. Это было видно сразу, без угрозы шоковой терапией.