Стекло и дерево

Разве не про их отношения рассказала новой подруге Алина?

– Да! Я рассказала о конфликте с Кариной Львовной. Всё как есть!

– развеяла его сомнения Алина.

Владимир ошеломленно взглянул на обеих улыбающихся подруг и присел. Он пришёл в себя только тогда, когда узнал, что Карины Львовны вовсе не будет сегодня, а возможно и завтра. Убедившись, что с ней ничего не случилось, Владимир успокоился и стал самим собой. Он перехватил инициативу и принялся ухаживать за дамами. Владимир сыпал шутками-прибаутками, на ходу сочинял забавные истории из преподавательской практики, умудрился подать бородатый анекдот таким образом, что все втроём взорвались от хохота! Эвелина ухохоталась до слёз и, извинившись, прошла в ванную.

– Что будем делать? – спросил Владимир.

– Пить кофе.

– Ты не поняла, Алина, пора и честь знать!

– Это ты не понял! Девушка чем-то сильно расстроена, надо поддержать её!

– Согласен, но как мы попадём домой? Твой отец объявит розыск, пошлёт весточку в Интерпол! Сколько людей, похожих на нас, пострадает, а?

– Я сейчас же позвоню ему, – улыбнулась Алина.

 – А доберёмся так, вызовем такси! Папа расплатится с водителем.

– Хороший вариант, – не стал спорить Владимир, мысленно представив себе возвращение к себе домой от Алины. В одиночестве, по тёмным переулкам.

– Знаете что? – вмешалась в разговор хозяйка. – Оставайтесь ночевать, а?

– Это не совсем удобно, – заметила Алина.

– Отчего же? Места всем хватит.

– Всё-таки мы отправимся по домам, – вежливо сказал Владимир.

Подруги переглянулись, и Алина бесцеремонно заявила:

– Разве джентльмен бросит дам одних, в пустой квартире?

– Но мне надо поработать.

– К вашим услугам мой кабинет. Там всё есть: пачка бумаги, набор ручек, карандаши и телефон! – предложила Эвелина.

– А телефон зачем? – сдался Владимир.

– А если перетрудишься, обратишься в ноль три! – посоветовала невеста.

После ужина Владимир расположился в кабинете Эвелины. Он уселся за стол, сдвинул на краешек кучу книг, мельком обратив внимание на заголовки.

Так, ничего особенного, когда-то и его интересовали подобные вопросы. Представители классической философии Запада, российские славянофилы, знакомые фамилии авторов-психологов, потрёпанная брошюрка о столетней войне, – всё это имело логическую связь и представляло широту кругозора студентки-психолога. Владимир воспользовался любезно предоставленной бумагой, с сосредоточенным видом разложил перед собой листы в два ряда и задумался.