Пессимисты, неудачники и бездельники

Я вот в морге такого насмотрелся, что по первости без стакана не мог уснуть. Помню, был один водитель-ботаник, так тот полгода за носками ко мне во сне приходил. Ноги, говорит, мерзнут, отнеси на кладбище. А я еще во сне подумал: какие у него ноги, сожгли его. Вот такая фигня.

– А почему носки-то, а не трусы? – Федор попытался перевести разговор в более легкое русло. – Трусы-то, наверно, там нужнее, – гоготнул он над своей шуткой. – В горошек труселя!

Саня недобро посмотрел на Федора и сказал:

– Они, водители, при катастрофах обычно теряют ботинки, а иногда и носки.

Даже гаишники говорят: приехали, вытащили кого-нибудь из машины после аварии, если в ботинках – значит, будет жить! А этого ботаника долго опознать не могли, горел он, вот у нас в морге и лежал. Типа как вещдок.

Федор, поняв, что Саня серьезен, решил сбавить обороты.

– Ну а через полгода-то перестал сниться? – спросил он Саню. – В церковь сходил? Или забыл он про тебя? Видно, там снял с кого! – Федор заржал в полный голос, сбрасывая напряжение.

 – Точно! Разул какого-нибудь папанинца – они там еще и в унтах!

Федора заносило все дальше.

– Нет, – сказал Саня, – я ему носки отнес. На кладбище, как он просил… И все сразу ушло…

Наступила пауза.

– Ну ты даешь, – ахнул Федор секунд через тридцать. – Офигеть!

Он встал и начал ходить кругами по комнате. Так продолжалось еще полминуты.

– Ну и… – выдохнул Федор. – Ты думаешь, заяц тоже того… ну, это… живой?

Саня как-то странно посмотрел на него и сказал:

– Какой заяц?

Он, видно, был погружен в какие-то свои воспоминания и, соответственно, сразу не врубился, о чем его спросил Федор.

– Заяц, Светкин заяц! Я ей из Эстонии его в подарок привез, лет семь назад, – сказал с надрывом Федор. – Синий такой, в футболке с надписью на эстонском!

– А, заяц! – Саня начал возвращаться из своих мыслей в реальность. – Да нет, заяц, конечно же, труп!

Хотя… Может, в Эстонии у них он и не труп… Не знаю.

Все относительно в этом мире, – подытожил он. – Может, у них, у угро-финнов, так принято, – Саня и потянулся за бутылкой.

А разливали уже третью! Выпив, Федор собрался в туалет. По пути он решил все-таки глянуть на зайца.

– Тоже мне, эстонский предок, – нащупывая выключатель в спальне и расстегивая ширинку для праведных дел, бубнил Федор. – Эти предки финнов и угров и здесь покоя не дадут.