Окрашенное портвейном (сборник)

На третий день я уже занимался квалифицированной работой – штабелевал оконные и дверные блоки. Еще через два дня бригадир подозвал меня к себе и сказал:

– Такой работник мне на х… здесь не нужен. После тебя все переделывать приходится. Мы бригадой решили, что будешь ходить за водкой. Согласен?

Я молча кивнул. Хотя понимал, что работу мне поручают ответственную и даже где-то опасную. Антиалкогольная компания была в самом разгаре. И покупка водки требовала не только терпения, но и гражданского мужества.

– Здесь деньги на пять бутылок водки, – продолжил бригадир, – переоденься, выйдешь из цеха налево, там перескочишь через забор, и тропка тебя выведет прямо к магазину.

Если водки не будет, возьмешь семь бутылок «Салюта», и в хозяйственном – три дихлофоса, – закончил инструктаж Василий.

Следуя инструкциям бригадира, я уже через пятнадцать минут стоял в очереди. И хотя до открытия винного отдела оставалось где-то около часа, уже было не менее ста человек. Я тяжко вздохнул, хорошо понимая, что шансов купить водки у меня практически нет.

Но и без выпивки я вернуться не мог, так как уже окончательно продемонстрирую свою никчемность бригаде. А мне почему-то очень хотелось завоевать расположение этих людей.

Встав в очередь, я активно включился в обсуждение, сколько водки завезут сегодня, и хватит ли на всех. Как всегда нашелся знаток из местных алкашей, который имел информацию о точном количестве водки.

– Водки будет всего пятнадцать ящиков.

Алкаш окинул очередь мутным взором.

– На всех точно не хватит.

– А это проверенная информация? – спросил кто-то интеллигентно из очереди.

– Точно, говорю товарищи. Информация вернейшая. Мне Наташка сообщила. А она – соседка Нины Паловны. А ей Нина Паловна сказала, когда на работу шла. – В качестве доказательства он вытолкал Наташку из очереди. – Подтверди.

Наташка и рада была бы подтвердить, но ее кирпичного цвета лицо выражало такое неизбывное страдание, что такой же бедолага сочувственно крикнул:

– Да, оставьте бабу в покое.

Вон, как ее ломает.

– А кто такая Нина Паловна? – спросил еще кто-то.

Очередь прошелестела возмущением и негодованием. Спрашивал, очевидно, «чужак».

– Ты, что чудила, с Луны свалился? Вот, ща она тебе водки не отпустит, сразу узнаешь, кто такая.

Нина Паловна, продавщица из винного, была вершителем судеб, всех стоящих в очереди. Захочет – помилует, захочет, – пошлет куда подальше. Продавщица относилась к сонму небожителей.