Великолепная десятка: Сборник современной прозы и поэзии

И в подземелье этом

Сколько, не знаю, лет

То ли иду по свету,

То ли иду на свет.

Свет, о который, знаю,

Бился змеиный яд.

Где ты, моя родная?

Где ты, душа моя?

Там, на верху далеком,

Где хохотала ты,

Солнце – не кареоко,

Весны мои – пусты.

Мне не хватает друга

Ближе, чем Дионис.

Жду, на последнем круге

Скажешь мне: обернись.

Влад Васюхин. *****

г. Москва, Россия

Памяти Сезарии Эворы

Бабушка Сезарушка

пела, утешала,

души наши черствые,

словно хлеб держала.

Не барьер – наречие,

если всем близка

эта африканская

русская тоска.

«Полюшко-поле,

полюшко-широко поле…»

Диву босоногую

в золотых цепях

слушал я, не пряча

слезы второпях…

Рыбный рынок Риальто

Из цикла «Итальянская тетрадь»

Денису Крупене

Ненавижу рыбный рынок!

Пусть свежи и пусть прекрасны

его влажные соблазны —

от тунца до мелких рыбок,

от креветок до омара,

гребешков и осьминога.

Пусть их вдоволь, пусть их много,

все – из моря, без обмана.

«Почему вы, господин,

не желаете сардин?»

Я когда их утром вижу,

слышу крик: «Frutti di mare!»,

мне что много их, что мало…

Ненавижу, ненавижу!

«Ты в уме ли, в самом деле?

Ты на кухне не был робок…»

«Я, увы, живу в отеле —

ни кастрюль, ни сковородок.

Ну куда с унылым рылом

потащу улов напрасный?..»

Шел туда я, как на праздник…

Ненавижу рыбный рынок!

Баллада о чертенке

Кто помнит Джакомо Капротти,

что был кудряв и плутоват?

Его хозяина напротив

поныне вспомнить всякий рад.

Еще бы! Это сам да Винчи.

Универсальный человек,

чей гений тщательно довинчен,

чей нимб нисколько не поблек.

А он, родившийся в сарае

смазливый сын обувщика,

известен прозвищем Салаи —

Чертенок. Это – на века.

Возможно, большего бастарда

еще не видел белый свет.

Как в подмастерья к Леонардо

попал такой вот с юных лет?

Да Винчи знал, что у салаги

имелась тяга к воровству,

однако чудному Салаи

прощал все, словно божеству,

за губы, что нежней настурций,

о чем известно не из книг.

Он был наложник и натурщик,

сердечный друг и ученик.

А вот и новость для бомонда:

теперь уже сомнений нет,

что знаменитая Джоконда —

Чертенка милого портрет.