Сонет Серебряного века. Сборник стихов. В 2 томах. Том 1

Она летит, летит – и край воздушных риз,

Скользя чуть-чуть по ним, легонько клонит вниз,

Как будто с ласкою, колосья молодые;

И с той поры гроза те нивы обойдет,

И град их пощадит, не тронут черви злые,

И солнце яркое до жатвы не сожжет.

1895

Велес

Я – Велес, мирный бог. Меж спящих стад дозором

Незримый я хожу, чтоб отвращать недуг

И чары хитрых ведьм, пока дымится луг

И звезды ночь пестрят серебряным узором.

Когда исчезла мгла перед Даждьбожьим взором,

Там рею ветерком, где, человека друг,

Спокойный, добрый вол влачит тяжелый плуг —

И доблестным его любуюсь я позором.

Иль от коров порой я пастуха маню

Под зыбкий свод ветвей—и тихо запою...

Он думает: над ним листва шуршит лесная;

Но песенки мои таинственной мечтой

В душе его звенят, и он поет, не зная...

И вещия слова хранит народ родной.

1895

Лад

Нет! Лад не ведает осмеянных страданий,

И клятв непризнанных и невозможных снов, —

И чужд ему позор преступных упований,

И счастья тайного, как умысел воров.

Он бог иной любви, он бог иных лобзаний,

Веселый, добрый Лад,– бог свадебных пиров,

И песен радостных, и честных обещаний,

Краснеющих невест и пылких женихов!

Подслушал Лад весной, что у плетня шепталось

По сизым вечерам,– и надоумил свах,

Чтоб не напрасно цвел цветок любви в сердцах,

Чтоб племя сильное спокойно умножалось

От синих южных волн до белой цепи льда

На лоне русских нив для славы и труда.

1895

Перун

Чего-то ждет земля... Нет вечного шуршанья

Меж золотых хлебов; утих шумливый лес,

И в душном воздухе нет песен, нет сиянья...

Вдруг вихорь налетел... и вдруг исчез,

И стала тяжелей истома ожиданья...

Но где-то на краю чернеющих небес

Сверкнула молния, – порывом ликованья

Веселый грянул гром, и ветер вновь воскрес...

И туча двинулась...

Как будто льнет к земле... Все чаще и все ближе

Блистает молния, грохочет громче гром...

Царь – богатырь Перун, монарх лазурной степи,

К любовнице спешит во всем великолепье —

И к ней на грудь упал с нахлынувшим дождем.

Даждь-бог

Средь бледной зелени приречных камышей

Белела дочь Днепра, как чистая лилея,

И Даждь-бог молодой, любовью пламенея,

С своих пустых небес безумно рвался к ней.