Культурный герой

Потоптавшись с четверть часа, Максик наконец отметил пропуск. Пошутил с дежурной, пока та составляла опись его одежды и личного имущества. В раздевалке переоделся в рабочий костюм: халат, колпак на голову, тапочки и перчатки. Прошел с остальными в зал и встал на свое место у конвейера. Через несколько минут подали первое тело. Максик привычно отпилил электроножом кусок, и заготовка уползла к следующему рабочему. Из отпиленного куска Макс аккуратно вырезал рыбку, приклеил черные бусинки-глаза и швырнул получившееся в чан с томатным соусом.

КАРТОФЕЛЬНЫЕ ВОЙНЫ

Хороший самурай – мертвый самурай!

    Муцухито, 1868

Радовались, как киндерята в детском саду без присмотра воспитателей в тихий час.

Старлей пожертвовал три ящика тушенки. Майор дал добро – склад опустел, вытащили все саке. И не какое-нибудь футцу-сю, но продукт с этикеткой «Болотный журавль». И конечно, упились и перебили токкури. Зато сколько счастья было в глазах воинов, сколько задора и огня! Обреченные на битву, они обнимались и целовали сержантов в обветренные губы.

А сколько загрубевших мужских ладошек было отбито о дружеские плечи? Двое особо трезвых бойцов, отдавая честь, пели гимн Земной Конфедерации. Бренчали по очереди на гитаре. Особист, придурок, повязал на лоб хатимаки с нарисованными кровью иероглифами, очень похожими на серп и молот. Фейерверк устроили грандиозный. Начальство разрешило, чего б и не устроить?

А все потому, что однажды утром по радио почти передали, что началась война.

Но сначала взошло солнышко, и только потом было построение на плацу.

Обычно спокойный, майор нервно вышагивал вдоль пятнистого строя, будто топ-модель, демонстрирующая последний, модный фрак цвета хаки. Бритый затылок майора венчал высокий цилиндр с надранной кокардой – два венка, между которыми на старте запутался серебристый блэкфайтер.

– Сцуки… – неуверенно кашлянул майор. – Вот ведь…

Воины, выпятив грудные клетки и задрав подбородки перпендикулярно горизонтали, с беспокойством внимали речам командира, прибывшего в часть пару недель назад.

Появился майор с шумом, напевая «Калинку-малинку» и предлагая выпить с ним на брудершафт, хотя при себе не имел ни грамма алкоголя, да и не пахло от него тем самым специфическим ароматом. Он выпрыгнул из кабины штабного джипа на воздушной подушке, сунул водиле купюру непонятного достоинства и блатной походкой двинул в сторону КПП. Одет майор был в гражданский джинсовый костюмчик с медными пуговицами.