Рандолевый катран

Полезная женщина.

– Имеешь её?

– Да ты что! Она немного того. Ещё пришьют статью! – Димыч возмущённо задвигал плечами, сбросил пепел на подоконник, промазав в помятую консервную банку.

– И зачем привёл ненормальную? Желаешь, чтобы мне эту статью впаяли?

– Ха! Ты как скажешь, дак как из воды пузырь выпустишь!

– Чем она полезна тебе, Димыч? Если ты с нею ни того… – вслух размышлял Никита, глядя на расшатанную форточку в подъезде. Грязное стекло в уголке рамы лопнуло и держалось на честном слове. Кто-то из соседей попытался склеить стекло скотчем.

Теперь извозюканная липкая лента отклеилась и свисала кнутри. Никита дунул на неё, отяжелевший от жирной грязи скотч стукнулся о стекло.

– Нина Петровна, между прочим, талант!

– Гений своего рода! Вот, бери её в охапку и волоки, откуда привёл! – разозлился Никита. – Мне ещё вещи собирать надо!

– Да много ли нам вещей собирать, по-холостяцки? А вдвоём сидели бы, собирал бы что ли?

– Ас этой шизофреничкой тем более ничего не сделаю! Ты бы хоть подсказал, брать плавки на всякий случай?

– Случаи всякие бывают!

– Хочешь, чтобы я обоих вас выгнал?

– Ничего такого я не хочу! Перестань психовать, наконец! Нина Петровна знает про те места, куда ты едешь.

Что-нибудь расскажет интересного. Впервой нам слушать бабские бредни?

– Оно понятно было бы, если интерес есть! А так, – Никита махнул рукой, выронив дымящуюся сигарету.

– Будет интерес, только не половой! Она знает много, пускай поделится!

– А что она, с тобой одним не могла поделиться своими знаниями?

– спросил Никита.

Посмотрев на ничего не понимающую физиономию друга, сообразил сам. Без пива, конечно, ни один талант не раскроется!

– Ладно, пошли! – сказал Никита, затушив окурок в консервной банке.

– Ты только не слишком груби.

– Я у себя дома!

Димыч промолчал.

Вернувшись в квартиру, оба раскрыли рты. В квартире Никиты появился жилой дух. А всё было по-прежнему. Стол стоял в центре единственной комнаты, выключенный телевизор чах от пыли.

На полу стоял опорожненный наполовину ящик пива. Никита не мог понять, что изменилось.

Нина Петровна оставалась сидеть в том же положении, закинув ногу на ногу. В одной руке она держала баночку с пивом, в другой оторванную с мясом голову рыбёшки.

– Я тоже иногда желаю уединиться! – сказала Нина Петровна, ни к кому конкретно не обращаясь.

Никита посмотрел на ненормальную. Ещё цапнет, чего доброго! Он решил молчать до последнего.