Внучка, Жук и Марианна (сборник)

Решила убраться, хотя вчера какие-то расторопные девушки вымыли пол, убрали свечи, сняли тюль с зеркал – убрали все печальные знаки похорон.

Перетерла кухонные полки, разобралась в книжном шкафу, в комоде. Вытирая пыль, нашла старые бархатные альбомы с фотографиями, уселась их рассматривать. Плохонькие любительские карточки запечатлели жизнь бабушки и дедушки, их многочисленных друзей, потом ее мамы с подругами. Вот мама уже с папой – молодые, веселые, в какой-то экспедиции… Потом карточки стали лучше качеством, больше, и вот уже она сама – в детском саду, наряженная в костюм Красной Шапочки, в школе – с большим букетом и новым портфелем, потом в старших классах…

Во дворе громко залаял Жук.

Катя выглянула в окно. За калиткой видна была широкополая шляпа и темные очки. Жук приплясывал с этой стороны калитки, демонстрируя крайнюю степень ответственности.

Катя вышла во двор, открыла калитку.

– Добрый день! – Дородная дама в брючках-капри, сильно декольтированной блузке и с крошечной собачкой на руках грудью оттеснила ее обратно во двор.

Катя успела заметить из-за нее «лексус»-металлик с затемненными стеклами. Жук продолжал наскакивать на гостью, имея в виду, скорее всего, даже не даму, а ее ручную собачонку. – Вы ведь внучка хозяйки этого дома? – спросила дама, поднимая очки на лоб. И, не дожидаясь ответа, так же напористо продолжила: – Я хочу переговорить насчет продажи.

– Продажи чего? – отступила на шаг Катя.

– Как чего, дома и участка, конечно! Вы же продавать будете? – почти утвердительно сказала гостья.

– Во-первых, я ничего продавать не собираюсь! – отрезала Катя, приходя в себя. – А во-вторых, кто вы такая?

– Да какая разница! – раздраженно воскликнула дама. Собачонка визгливо залаяла, видимо уловив понятную интонацию. – Мне сказали, что вы продаете, я приехала переговорить насчет цены и задатка.

– Я ничего не продаю и не собираюсь, – уже спокойнее сказала Катя.

 – У вас неверная информация.

– Ну, девушка! Зачем вам эта развалюха, тем более что вы живете в Питере! – еще более раздраженно заговорила дама. – Я дам рыночную цену, хороший задаток, пока вы будете оформлять наследство. Двадцать тысяч долларов вас устроят?

– Мне не нужны никакие тысячи долларов, – еще более спокойно сказала Катя. – Попрошу вас оставить территорию. Дом не продается.

– Господи, какая фанаберия! – наконец не выдержала дама.