Личные мотивы. В 2 томах

Ездит в поездах, высматривает идиоток вроде меня, которые едут в Москву с большими деньгами, предлагает помощь в поисках жилья и отправляет сюда, даже машину с водителем дает, чтобы доставили точно по адресу, а то ведь я могла бы в другое место поехать, поискать другую квартиру. Господи, во что я вляпалась?! Ведь предупреждал же меня Женька, чтобы была осторожнее, что кругом полно ворья, как в воду глядел. И что теперь делать? Извиняться, хватать чемодан и уносить ноги? Да, наверное, так и надо поступить, только очень аккуратно, чтобы они не поняли, что я обо всем догадалась.

И ни в коем случае не есть пирожные. Вообще ничего тут не есть и не пить. Господи, господи, только бы выбраться отсюда живой…»

– Валя!

Валентина и не заметила, что уже сидит за столом и перед ней дымится большая красивая чашка с чаем.

– Что с вами? – встревоженно спрашивала Нина Сергеевна. – Вы меня слышите? Вам плохо? Нужно какое-нибудь лекарство?

– Нет-нет, – торопливо забормотала Валентина, – со мной все в порядке.

Просто я задумалась. Извините.

Она взяла себя в руки и попыталась осмысленно взглянуть на происходящее. Коля за обе щеки уписывал пирожные, крякая от удовольствия, и это немного успокоило ее.

– Нина Сергеевна, – он озабоченно взглянул на часы, – я помчался, мне еще по пробкам в самый центр пилить. Сухим пайком дадите?

– Конечно, – улыбнулась хозяйка, – бери, тут всем хватит. Там на полке судочек пластиковый стоит, возьми, упакуй в него.

Валентина тряхнула головой и поморщилась.

Боже мой, что это на нее нашло? Наваждение какое-то. Разве может эта милая тетка с внешностью университетского преподавателя оказаться убийцей? А водитель Коля с пластиковым контейнером, набитым пирожными? А Лена, мать троих симпатичных пацанов? Да чушь все это, игра больного воображения. Просто последние месяцы в голове только одни мысли об убийцах, да еще бессонная ночь в поезде, вот и рождаются в мозгу всякие чудовищные нелепицы.

Она протянула руку, взяла с блюда пирожное, откусила. Вкусно.

Нет, правда, очень вкусно, очень-очень. Надо будет попросить у Нины Сергеевны рецепт. Кстати, она-то сама свои пирожные не ест, на ее тарелке только одинокий сырник лежит. Снова в груди шевельнулось беспокойство.

– Очень вкусно, – стараясь, чтобы голос не дрожал, сказала Валентина. – А вы сами почему не едите?

– Мне нельзя, – хозяйка снова улыбнулась. – У меня строгая диета.

– Неужели худеете? – удивилась Валентина. – По-моему, вы в прекрасной форме.