Дочка, не пиши!

Возвращаясь к своему детству, думаю: а ведь я бы тоже могла целый опус написать, вспомнив, как мама меня в 5 лет по заду шлепнула за то, что ее лаком ногти накрасила, или как она меня в 6 лет – жестко – отучала врать – отучила. Да мало ли что было! И, можно запросто представить, как я – тонкая и ранимая девочка – трагично приняла этот шлепок по заду, как жизнь раскололась на «до» и «после». Я могу – на спор – страниц на семь развести эту трагедию – только любой адекватный читатель моего труда так и не поймет, а в чем, собственно, проблема.

«Мама была убеждена, что у меня должен быть дар. Что от меня все должны ахнуть. Что я – самородок, который нельзя не заметить».

Это не любовь?

Сколько раз мне говорила мамочка: «Ты – красивая, а уж когда вырастешь, совсем станешь очаровашкой!»

Это не любовь?

«Ничего, доча, прорвемся. Ты у меня умница, у тебя есть я, папа, все у нас будет хорошо».

Это не любовь?

И т.

«Религия. Когда мама ударилась в религию, я тоже с уважением и интересом стала смотреть в ту же сторону… Мое отношение к сему известно. Но зрело оно внутри меня долго, тихо, не смея поначалу возникать и проявлять себя. В конце концов, я, конечно, не выдержала и все-таки произнесла нечто вроде „Бога нет!“. Мама меня не побила, нет, она обреченно вздохнула: „Что ж, у каждого свой путь…“

Кстати, любимая фраза всех религиозных лицемеров и ханжей, подразумевающая, что в результате все равно каждый придет к Богу.

А вам хотелось какой реакции? К чему этот отрывок? Я-то приготовилась прочитать о том, как вас молиться заставляли и перед иконой на колени ставили.

Как вам не стыдно? – не могу я удержаться от этого пафосного вопроса. Не перед матерью, нет, об этом другой совершенно разговор. Как вам не стыдно перед теми, у кого действительно было несчастное детство?! Посмотрите в глаза сирот, почитайте о бездомных детях и о детях нищих, и, может быть, тогда вы выйдете из своего надуманного образа, в котором вам сейчас так уютно и вольготно?

«А я, как дура, и так, и эдак старалась уткнуться родной маме в халатик и по-женски, или даже по-детски, пожалобиться ей, спросить совета, рассказать о своих переживаниях.