Поколение 700

Таким образом, процесс как бы пошел в обратном направлении – вместо того, чтобы тратить деньги, Топ-лузер стал ускоренными темпами их приумножать. Поскольку ставки у барина всегда были барскими, то и выигрыши впечатляли и грозили перечеркнуть всю работу, проделанную за предыдущие дни и недели. Надо было срочно что-то предпринимать, положение становилось критическим. Но Топ-лузер не был бы Топ-лузером, если б не нашел поистине королевский выход из столь непростой, можно даже сказать, кризисной ситуации.

Видимо, вспомнив, что сегодня он никак не меньше, чем Мефистофель, Топ-лузер вышел из казино на улицу и стал раздавать деньги прохожим, требуя взамен душу.

Вечером рабочего дня на одной из центральных улиц, где располагалось это казино, было полно народу, спешащего по домам из своих офисов, складов и мастерских. Уставшие после трудовых будней люди, поначалу не обращали внимания на кричащего гражданина, сующего всем рекламные флаеры, стилизованные под денежные купюры крупного достоинства.

Пока какой-то работяга, слегка поддатый и явно домой не торопящийся, не выхватил из рук Топ-лузера три сотенные купюры и не произнес развязно:

– Вот если б ты мне такие настоящие дал, я бы… проголосовал там, или что тут нужно сделать?

Работяга с хитрой пьяненькой улыбкой, слезящимися глазами стал рассматривать деньги:

– Это какая партия?

– Партия опездолов! – огрызнулся Топ-лузер. – Ты что, денег никогда не видел?!

Второй работяга, бывший трезвее первого и ушедший вперед, теперь вернулся, чтобы забрать своего друга.

Выхватив бумажки из рук собрата-пролетария и намереваясь выкинуть их в лужу, он, вдруг застыл в параличе, а его надменную улыбку сменил ужас:

– Бляха-муха! Это ж настоящие.

– Коль, ну ты че? – изумился пролетарий номер один, – Рекла-а-а-ма это…

Но второй, встав под яркий фонарь, продолжал внимательно рассматривать купюры на свет. Номер первый, увидев перекошенное ужасом лицо своего приятеля, улыбаться перестал и тупо спросил:

– Как настоящие?

– Во что ты превратился на своей работе? – начал лекцию Топ-лузер.

 – Ты всю свою жизнь пахал за эти вонючие бумажки, а теперь даже не узнаешь их!

Первый пролетарий растерянно завращал головой, переводя взгляд с Топ-лузера на своего друга; он понимал, что облажался, но вот в чем именно, – пока до него не доходило.

– Дай еще, а? – попросил он у Топ-лузера.