Ресакрализация. Фантастический роман с элементами трансцендентной эротики

Постепенно его усилия слабели, пока наконец глаза Мяо не закатились – и тогда Тобин отпустил его.

Мяо рухнул на четвереньки в бархан, кашляя и отхаркиваясь.

– Ну что, договоримся по-человечески? – предложил Тобин, обходя Мяо спереди и протягивая ему руку. – Я продолжаю считать тебя командиром группы и выполнять приказы, а ты не лезешь в наши отношения с Наоди и не оскорбляешь. Идет?

Мяо не отвечал, тяжело дыша и дрожа. Затем тяжело сел, привалившись спиной к бархану.

– Еще раз спрашиваю – идет? – повторил Тобин, делая шаг навстречу.

Мяо неохотно кивнул, отводя глаза, и пожал протянутую руку.

– Хорошо. А сейчас я пойду в караул, как ты и просил. Раз уж ты командир, – сказал Тобин, ощупывая языком кровоточащую десну.

____________________________________________________________________

После этого инцидента, как ни странно, напряжение в их отряде спало – отношения вошли в привычную колею: Мяо оставался все таким же неразговорчивым, сохраняя достоинство на отдалении, а Тобин с Наоди продолжили вместе выходить за бархан и в ночные дозоры.

Однако припасов с каждым днем оставалось все меньше – и это внушало некоторую тревогу.

Наконец, на шестнадцатый день пути, когда запасы воды совсем уже подошли к концу, Великая Пустыня кончилась – и они вышли к морю. Вернее, не то чтобы кончилась, а просто отступила, окаймляя берег на небольшом отдалении. Чтобы сориентироваться, было решено взобраться на высокий холм, венчающий собой небольшую гряду вдоль берега. Первый же взгляд, брошенный на окрестности с вершины, подтвердил, что благодаря карте и интуиции они пересекли небольшой язык Пустыни в самом узком ее месте – основная же часть бескрайних песков простиралась к югу и востоку насколько хватало глаз.

Первый мутноватый ручеек, стекавший с прибрежных холмов к морю, показался настоящим источником блаженства. Возможность напиться, помыться и охладиться, подкрепленная уходом Мяо на разведку, вызвала еще один приступ любовной эйфории, закончившейся быстрым страстным соитием в близлежащих кустах.

Настроение в отряде сменилось на приподнятое. Еще несколько недель они брели по узкой кромке плодородной земли вдоль побережья, постоянно наблюдая барханы на самой границе видимости. Несмотря на вполне благоприятные для жизни условия, здешние места были почему-то необитаемы – ни одного человека вокруг. Даже претов не было. И попробовав искупаться в море, Тобин понял, почему. Вода была такой соленой, что на ней можно было лежать на спине.