Маленькие камешки переворачивают повозку

– Стоять! – Стоило только сказать это вылезшему из кузова охраннику, как его тут же сбил грузовик.

– «Вот теперь точно надо делать ноги!»

Вторая попытка подняться увенчалась успехом. Хромая на простреленную ногу, я медленно, но верно добрался до ближайшего дома. Выстрел. Крики. Паника. Ноги подкосились. Выстрел. Звенящий звук рикошета. Упал лицом вниз. Всё вокруг начало медленно затихать. Издалека донеслись слова:

– Идиот! Он нужен был живой!!!

– «Я умер, получается…»

Закрыв глаза, почувствовал холод и прилипшую к спине слегка тёплую мокрую любимую рубашку.

А ведь как хорошо начиналось утро: пение вернувшихся перелётных птиц, свежий кофе, старая скрипка… вот бы ещё раз на ней сыграть…

На миг показалось, что по телу начало разливаться тепло. Перед глазами вспыхнул яркий свет: солнечный свет бил в глаза сквозь круглое отверстие в потолке. Меня держит на руках, будто в ладонях, какой-то седовласый мужик; на полу в центре странной пентаграммы лежала обнажённая женщина скованная цепями, вокруг неё стоят люди в белых балахонах, отражающих свет.

– И вот вновь на свет сей явилось оно. Дабы уберечь мир сей от хаоса, Боги света, тьмы и весов, Боги жизни, смерти и забвения, Бог гнева, внемлите стенаниям нашим и заберите дитя сие в сонм покоя вечного. Соблюдая заветы Ваши, приносим жертву сию, жертву возмездия, чьею кровию скреплен будет договор сий.

Люди в балахонах вытянули перед собой руки и в них тут же появились копья из чёрного дерева.

Только что пришедшая в себя женщина не успела даже понять что происходит – её пронзили копьями. Седой развернулся и положил меня на какой-то каменный стол, взял лежащий рядом кинжал и рассёк от паха до макушки.

Я проснулся ото сна. Нет. Кошмара. Реального, пробирающего до ледяного пота, немого истерического крика и заставляющего каждую клеточку тела пережить виденное. Сквозь густую листву деревьев пробивается тусклый солнечный свет. Не успел я им насладиться, как его скрыли тучи, вдалеке зазвучал раскат грома, с одной упавшей капли начался дождь.

Я обнажённый и всё ещё не отошедший от сна лежал на земле, постепенно превращающейся в грязь.

– «Где я? Что я тут делаю?» – Кроме кошмара в памяти не было ничего, что удалось бы вспомнить.

Тело передёрнуло от холода. Поднявшись, обхватил себя руками и медленно побрёл куда придётся. С каждой минутой дождь и ветер становились всё сильнее. Ноги то и дело вязли в грязи.