Капсула бессмертия

Герман сразу понял, кто звонит, несмотря на то, что давно удалил ее номер. Видно, цифры еще хранились в благодарной памяти. Она предложила пообедать, потому что «все равно» проезжала мимо.

– У меня по-старому. А у тебя?

Взяла щипчиками и поковыряла сахар.

– Почему на свадьбу не приехал?

– Не помню, занят был…

– Ну, конечно.

Надя закатила глаза и тут же обиженно стрельнула ими в Германа. Она всегда отличалась подвижной мимикой – слишком хотела понравиться.

– Как с мужем?

– Супер, как. Радуемся жизни.

Есть такие люди, – лирически наклонив голову, Надя снова занялась колупанием сахара, – которые как бы в сознании перешли на другой уровень, по сравнению с остальными.

Герман хлопнул глазами.

– Просветленные, что ли?

– Ну, типа того.

– Ясно.

Почесал в затылке. Уселся поудобнее, расправил складки везде, где только мог. Приехала рассказать о муже?

– Хорошо, что ты позвонила. А то у меня в последнее время… депрессия. И сердце болит. Чуть в лифте сознание не потерял, представляешь.

Оставив сахар, она откинулась, посмотрела на него, как на экспонат.

– Да, выглядишь не очень. ЭКГ сделай.

– Мне было откровение.

– Опять?

– В смысле «опять»?

– У тебя же раньше тоже все время видения были?

– Серьезно?

– Ну, да. Постоянно.

Он вздохнул.

– Не помню, чтобы я тебе рассказывал.

– А как ты плакал у меня на коленях, помнишь?

Герман закрыл глаза руками.

– Прости. Неужели это моя жизнь?

Тот же элегантный брюнет, который обслуживал в прошлый раз, не вовремя вписался со своим подносом.

– Фаланга краба? – спросил официант с неподдельным уважением.

– Даме.

– Дорадо… вино и бурбон.

– Все правильно. Ставьте, ставьте.

Герман налил из запотевшей бутылки в ее бокал, мгновенно покрывшийся драгоценной испариной.

Надя как-то оформилась, глаза весело блестели, кожа отливала глянцем. Возможно, все из-за искрившихся женственностью часов Chopard из серии Happy Diamonds. Восхитительное сочетание усыпанного бриллиантами ободка и корпуса из розового золота 750-й пробы, изогнутые линии и нетрадиционный дизайн демонстрировали фирменный стиль Chopard на тонкой, загорелой руке.

Знаковые для бренда подвижные бриллианты исполняли проникнутый светом и радостью игривый танец – символ принадлежности к upper class.

– Так что там с откровением?

Официант отошел. Надя делала вид, что серьезно слушает.

– Как тебе сказать… – начал Герман нехотя, – сон не сон. Нас забрифовали на Herz und herz.