Гадский гаджет

Но ответа, видимо, не последовало, так как она нажала кнопку отбоя и тихонько выругалась про себя. На что телефон обиженно звякнул в ответ.

– Катя, нельзя же так… – осуждающе покачала головой бабушка Агафья.

– А чего он! – насупилась Катя. – Этот телефон вообще ведет себя кое-как. Какие звонки хочет, те принимает. Какие не хочет, не принимает. Фотографии стирает. А добавляет то, что я и не снимала никогда. Про эсэмэс я даже говорить не буду. Что хочет, то и делает.

– В общем, живет своей насыщенной внутренней жизнью, – едко добавила она.

И, немного подумав, возмущенно ткнула в телефон пальцем:

– У-у… Гадский гаджет!

В ответ телефон тут же разразился какой-то крайне наглой и разухабистой мелодией.

– Вот видите! – торжествующе воскликнула Катя.

– Ну, скорее слышим, – поправил ее Кузьмич.

– Да какая разница! – вздохнула Катя.

– Как старый и заслуженный домовой, могу открыть тебе маленький секрет. На самом деле телефоны очень похожи на своих хозяев. Как собаки. Вы, наверное, замечали, как собаки похожи на своих хозяев.

То же самое происходит и с телефонами. Они часто перенимают привычки своих хозяев и их характер, – продолжил Кузьмич.

– Это точно! – кивнул Тим. – Катька, она такая…

– Щас как дам больно! – замахнулась на него Катя.

– Вот видите! – торжествующе воскликнул Тим.

– Ну, скорее слышим, – неожиданно донесся из телефона, видимо, втихаря записанный им голос Кузьмича.

– Ах, так! Ну, я тебе сейчас покажу! – погрозила Катя телефону.

Но показать она ничего не успела. Потому что в этот момент в комнату ворвался запыхавшийся Тим. В руках он держал какую-то запыленную тряпку.

– Вот! – торжественно поднял он эту тряпку над головой. – Вот доказательство того, что Гоша и тот королевский сын в шкафу – одно и то же лицо!

– Тихо шифером шурша, едет крыша не спеша! – фыркнула Катя и покрутила пальцем у виска. – Вот эта грязная тряпка – доказательство королевского происхождения Гоши? Тим, у тебя совсем крыша поехала, или ты просто сам с катушек съехал?!

– А, может, и не совсем поехала.

Точнее, совсем не поехала, – покачал головой Кузьмич. – Помнится, лет этак четыреста тому назад дружил я с дворцовым Людовиковичем.

– Кем-кем? – переспросил кот.

– Дворцовым, которого звали Лю-до-ви-ко-вич, – по слогам проговорил Кузьмич и поморщился. – Ну, с домовым при дворце Людовиков. Что тут непонятного? Так вот, пеленки этих самых Людовиков очень даже на эту самую тряпочку походили.