Фантастический боевик «Случайный вектор». Серия «Майор Голицын». Книга первая

Хозяин магазинчика, Феликс Шевель – приятель Голицына, во время перестройки и гласности наладил великолепный бизнес.

К сожалению, такого кофе в сельской местности не было. Он сварил обычный – в зернах, по – аргентински: сначала сахар разогрел до состояния карамели, затем залил холодной водой и тут же добавил две ложки молотого кофе и корицу. На запах «слетелся» Смирнов:

– Дорогая! Мне два сахара и яичницу… Не помнишь – с чем ее америкосы жрут? С тунцом или черничным вареньем?

– Сынок! Иди сначала умойся и зубки почисти! – Голицын, с сожалением, разливал кофе по двум чашкам, вместо одной большой.

– Как спалось на новом месте? – Смирнов вдохнул аромат. – Офигенно пахнет!

Утренний кофе для Голицына – это был не напиток. Это ритуал! Он бы, с удовольствием, молча и с наслаждением употребил приготовленный продукт, но… проигнорировать товарища, было бы невежливо. Майор сделал глоток и со вздохом произнес:

– Коля – это МОЙ дом! На каком … «новом месте»?

Этот дом Голицын приобрел в 82-м году за 750 рублей, по случаю, когда их группу командировали в Почепский район Брянской области изображать из себя «условных диверсантов», которым, вдруг, очень сильно понадобились древние артиллеристские снаряды с химической начинкой.

. Домик ему сразу понравился – рядом с лесом, на берегу небольшого озера.

– А…,да, точно. Дом твой. А мне – замечательно! Все – таки деревня, воздух, баня и камин способствуют… Чему – то там способствуют!

– Релаксации?

– Да – релаксации. А еще – когда людей нет! Вообще песня! … Нет – сказка! – и тут же, без паузы и задержки, попытался испортить, такое замечательное утро.

 – Какие планы?

Голицын, надеявшийся на то, что хотя бы один день…, а еще лучше – лет сто, чтобы его никто не дергал, тоскливо глянул на друга, поверх кружки и, сделав глоток, обреченно сказал:

– Сейчас, кофе допьем – придумаем.

В деревне они провели еще неделю. Из теленовостей они узнали, что Руцкого и Хасбулатова объявили мятежниками, заговорщиками и определили в Лефортовский изолятор; из телефонных разговоров с сослуживцами – что тех, кто сдался при взятии Белого дома просто уволили по статье.

Остальных, тех, кто, в соответствии с графиком дежурств, находился не на службе, и тех, кого не было в списке арестованных и задержанных – ждали в отделе кадров на Петровке.

Друзья оформили себе больничные листы, сроком на две недели – просто купили, дав сто долларов местному сельскому «лепиле» (кстати, это был именно «лепила».