Дуэль со смертью

Мясистые пальцы предназначались самой природой рвать и хватать, обручальное колечко терялось в складках кожи. Зато перстень, украшенный брильянтом с орех, горел немигающим глазом. Одним словом, хищник. Силен и опасен, как старый носорог. Вставать у него на пути не стоит. Раздавит – и не заметит. Всего добился сам, потому гордится волей и животной хитростью.

Уникальный экземпляр человеческого рода тщательно осмотрел юношу коренастого вида и остался в сомнениях.

– Уж больно молод что-то, – пробурчал он. – Не нашли чего получше…

В такой ситуации церемонии излишни.

Заложив руки за спину, Ванзаров строго заявил:

– Изложите, в чем дело. И побыстрее. Я сюда отдыхать приехал на свежем воздухе, а не в кабинетах торчать.

К такому обращению господин был непривычен. Нахмурившись, грозно прорычал:

– Да ты кто таков?

– Чиновник сыскной полиции. Прошу не тыкать. Если у вас нужда, извольте в приемные часы в местный полицейский участок. Всего доброго…

И, развернувшись, направился к двери.

– Господин Ванзаров! Да погодите же! Родион Георгиевич, прошу вас…

От самоуверенной наглости не осталось и следа.

Хищник признал в коренастом юноше равного. Ну или почти равного. Зубы и когти спрятал, став милым и пушистым. Гостю было предложено располагаться в кожаном кресле размером с бричку, а затем всяческие напитки и сигары. От подобной чести Ванзаров отказался. Уняв приступ радушия, хозяин представился Филиппом Филипповичем Сундуковым. Имя это чиновнику полиции ничего не говорило. Владелец новенького замка сторонился публичности. Большие деньги не любят славы, а любят тишину. Ну и ладно…

– Простите мою оплошность, – сказал он и даже улыбнулся. В сочетании с голым черепом разрез губ казался оскалом. – Думал, вы постарше будете. Мне рекомендовали вас как опытного и проницательного сыщика…

«Так и есть!» – вскричало внутри у Ванзарова, но внешне он остался невозмутим.

– Вот и не разглядел сразу. А теперь вижу: характер. Такой мне и нужен. Сговоримся.

Согласившись с оценкой своего характера, Ванзаров терпеливо ждал, не выражая интереса.

Сундуков поерзал и, видя, что помощи не дождаться, начал сам:

– О себе рассказывать не буду, что захотите узнать – и так разыщите, а чего знать не положено, касаться не будем. В этой жизни мне мало что недоступно. Честно скажу: могу купить, что захочу. Капиталец собрался такой, что лишний раз говорить о нем не стоит. Не поверите, если правду скажу, решите, хвастает Филипп, врет.