Холодные сердца

Знали его?

Танин как-то странно посмотрел, будто ему назвали дату смерти, сбивчиво попрощался и буквально сбежал. Такое поведение Фёкл Антонович простил – молодежь, что с нее взять.

Розыски не были долгими. Как видно, пристав отлично знал, где в этот час можно застать доктора. А проводить время в компании со звездой сыска ему было не интересно. Полицейская пролетка подъехала к зданию вокзала. Извозчики ждали следующий поезд, который должен появиться на горизонте не раньше чем через час. На платформе царило запустение.

На втором этаже, в привокзальном кафе, земский врач у окна потягивал чай с лимоном, созерцая обширные огороды сестрорецких обывателей.

– Садитесь, пристав, выпейте чаю, – сказал он. – Сегодня заслужили. Бегаете, как скаковая лошадь. Нашли что-нибудь?

Недельский сухо поблагодарил и представил гостя. Асмус пожал крепкую, почти стальную ладонь и посмотрел на Ванзарова в упор, словно пытался что-то вспомнить.

– Ванзаров… – наконец сказал он. – Мне кажется, года два назад читал в «Ведомостях» некролог.

Запомнилась звучная фамилия и слишком юный для служебного подвига возраст. Это ваш родственник?

– Не совсем.

– Простите за нескромность: брат?

– В каком-то смысле.

– Но не отец же!

– В этом вы совершенно правы.

– Не хотите тайну открыть?

– Хотел бы. Но не могу.

– Как знаете. Ну, тогда садитесь чай пить. И вы тоже, пристав. Не пугайте своей героической шашкой мирных пассажиров.

– Господин Ванзаров, позвольте удалиться, – сказал Недельский.

Ему разрешили, но попросили подождать в пролетке, а заодно охранять важнейшую улику, которой пристав с большим удовольствием запустил бы в ближайшего воробья. Грохот каблуков затих на лестнице.

– При вас наш орел тих и кроток, – сказал доктор. – Буквально терапевтический эффект произвели. Случайно, не врач по образованию?

– Классическая филология, – ответил Ванзаров. – Кандидатскую по Сократу начал, но не закончил.

– А что так? Интересная тема.

– Потянуло в полицию.

Асмус изучал новичка с профессиональным интересом.

– Как это в полицию может «потянуть»?

– Сначала за романтикой. Затем искал победу истины и логики. Ну, а на пятом году службы…

– Не скрывайте, я врач, мне все тайны доверяют.

– Ловить негодяев – это то, что я умею лучше всего.

– Удовольствие?

– Вроде охоты.

– Но как же победа добра над злом?

– Об этом не стоит беспокоиться. Никуда от нас не денется.