Трое в карантине и другие неприятности

Возвращайся скорее…», – и всё в таком духе.

«Вот действительно, что ни делается, всё к лучшему», – думала Настя, глядя на растущий, как на дрожжах, рейтинг канала. Борис мог бы ей гордиться. Борис… Почему же он не встретил?

Короткое сообщение: «Малыш, прости, не смогу приехать. Форс-мажор», выбило её из колеи. И спросить не у кого. Она набрала его номер ещё там, в аэропорту, но Борис звонок сбросил. Больше она не рисковала. Он мог быть на совещании или на важных переговорах, и ей бы потом влетело за эти звонки.

А вдруг он заболел? Да ну. Борис помешан на здоровье. Настя тоже старалась есть только правильную пищу, вести правильный образ жизни и всё делать правильно-правильно. Ну, разве шоколадку позволяла из запрещённого. Но может же у неё быть всего одна маленькая слабость?

Чай пришлось пить пустой, отчего он казался горьким, как её настроение: Борис так и не позвонил.

?

Участковый Фунтиков любил свою работу, пусть это и казалось странным окружающим, и даже иногда ему самому.

А ещё он любил порядок и на своём участке поддерживал его всеми доступными способами.

Жил Фунтиков один, если не считать канадского сфинкса Дугласа. Тёзка американского актёра достался ему от девушки Виктории, с которой Фунтиков сожительствовал последние полгода, и даже подумывал о женитьбе. Но Виктория не выдержала высоких требований Фунтикова к порядку и сбежала куда-то на йогические практики в Индию, сначала на месяц, а потом навсегда.

Дуглас был неприхотлив, всеяден, и порядок не нарушал, чем совсем не походил на свою хозяйку.

За что Фунтиков кота уважал и даже немного любил. По ночам Дуглас забирался к Фунтикову под одеяло и прижимался к рёбрам жарким тельцем. Иногда Фунтикова посещала мысль о ненормальности ситуации: как-то странно, что здоровый тридцатилетний мужик спит с котом – сказать кому, смеха не оберёшься. Правда Дуглас так искренне радовался его приходу, тёрся об ноги и тарахтел громче холодильника «Саратов» на родительской даче, что Фунтикова пробивало на умиление. Он подхватывал кота на руки и нёс на кухню. Там Дуглас забирался ему на плечи и сидел, посматривая, как хозяин ставит на плиту чайник, разогревает сковородку и шлёпает на неё сочные куски отбивных.

Потом садились ужинать. Дуглас, собрав кожу на голове в причудливые складки, старательно грыз свою порцию мяса. Помня, что котам человеческая еда не слишком полезна, один кусок Фунтиков не солил и не дожаривал. Кот ел с благодарным урчанием.