Боярич: Боярич. Учитель. Гранд

Тут же и браслет боярина дал о себе знать. Громовы и начальник службы безопасности обеспокоенно переглянулись и развернули экраны. По мере того как они выслушивали то, что говорили абоненты, их лица все больше и больше вытягивались, но они так и не сказали ни слова, пока не свернули экраны.

– По машинам. – Отдав приказ охране, Владимир Александрович тяжело вздохнул и, забравшись на водительское сиденье вездехода, завел двигатель. Хлопнула задняя дверь, и рядом с клюющим носом Кириллом на сиденье уселся явно недовольный дед.

Глянул искоса на внука и вздохнул.

– Судьба, наверное.

– Примите мои соболезнования, – тихо проговорил Гдовицкой, обращаясь к сидящему рядом наследнику. Тот в ответ лишь кивнул и махнул рукой.

– Дядя Федор, что-то случилось? – нахмурившись, спросил Кирилл, когда вереница автомобилей уже вывернула на шоссе.

Но вместо ушедшего в себя наследника рода ответил дед:

– Тетка твоя преставилась. Сегодня ночью. Опоздали…

Глава 3. Ходячие мертвецы, неходячие мертвецы

Выкапывался я долго, чуть ли не дольше, чем срезал приваренную жестяную крышку моего «гроба», но не потому что было так уж сложно или тяжело.

Хотя назвать простым этот процесс у меня язык не повернется. Жутко муторное и… «неудобное» занятие, осложнявшееся тем, что, выкапываясь, я одновременно пытался «прощупать» пространство надо мной в Эфире. И, лишь убедившись, что в радиусе полукилометра нет ни одной живой души, я наконец обрушил тонкий «потолок», который удерживал над собой слабым кинетическим щитом.

Выбравшись в конце концов из этой могилы, я на всякий случай огляделся по сторонам и, узрев «лунный» пейзаж вокруг, невольно выматерился. В сгущающихся сумерках песчаный карьер, на дне которого меня похоронили, производил весьма унылое впечатление. Но причина моей реакции была в другом. В городе нет мест, подобных этому. А значит, я за пределами Москвы… Плохая новость, учитывая мои планы…

Да, я решил не пускать дело на самотек и как можно скорее вернуть долг Ирине Михайловне.

А если повезет, то и ее «братику Роме». Не дурак ведь и понимаю: стоит мне теперь «засветиться» – и в ход пойдут куда менее изощренные, зато более надежные способы убийства. Оно мне надо? Вот уж на фиг. А значит… значит, надо действовать. И первым делом мне необходимо добраться до города.

Выбравшись из карьера и оказавшись на шоссе, я очистил воздухом свою одежду… насколько это было возможно, и поднял руку.