Игры с Тенью

Быстрые, ловкие, сильные. Вот только в жизни наблюдается равновесие. За свои новые способности, оборотням пришлось заплатить немалую цену. Вместе с обликом зверя, они получили и его суть, с которой вынуждены уживаться все их потомки. Они от рождения предрасположены к раздвоению личности. Вот так-то. Да… О чем это я? А! Становление второго облика оборотня происходит только к совершеннолетию. Если разумная половина оборотня сильна, то после первой трансформы, она сохраняет свое главенство… Вот только, семьи оборотней, и так, не очень-то любившие посторонних на своих угодьях, после известных событий в Озерном крае, окончательно изолировались от окружающего мира.

И вот результат. Отсутствие притока свежей крови, родственные браки… Некоторые молодые оборотни не выдерживают первой трансформы, их разум гаснет под натиском сути зверя, и появляются выворотни, хитрые твари, больше всего на свете предпочитающие двуногих прямоходящих, в своем меню. Откуда в этих тварях такой странный гастрономический интерес, я не знаю. Зато мне известно, что при определенной подготовке, хороший маг без особого труда возьмет под контроль десяток, другой выворотней. А о жрИцах и говорить нечего. Подчинение и контроль всяческих тварей, их конек, можно сказать. Вот так-то, Т'мор. Намек понятен?

– Е-ех. – Парень оторвался от кружки с «лекарством», и даже умудрился чуть улыбнуться. – Спасибо за лекцию, учитель. Буду знать. А уж о том, кто подослал нам этих клыкастых, я без тебя вообще бы ни в жизнь не догадался.

– Не ерничай! Я, тут, понимаешь, повышаю его уровень образования, а он нагло дует мое же вино и издевается. – Возмутился Арролд, встряхивая полупустую бутылку. – Все. Хорошего понемногу. Собирайся, парень, тан Грим уже прислал проводника. Пора ехать… пока еще на какой-нибудь сюрприз не наткнулись.

– Ох, чую, от скорости наших сборов и передвижения, количество сюрпризов Рраена на пути, не очень-то зависит. – Пробурчал Т'мор, выбираясь из кровати. Белогривый на это замечание, только пожал плечами и вышел из комнаты.

Облачившись в выстиранные и искусно залатанные местными слугами, после вчерашнего боя, рубаху и штаны, Т'мор надел давно ставший второй кожей, ринс, привычным движением поправил перевязи и, с еще слегка шумящей головой, вышел в общий зал постоялого двора. Сейчас здесь было подозрительно тихо. Т'мор выглянул в окно и с мрачным удовлетворением отметил, что солнце только-только показалось над верхушками деревьев.