Воздушный стрелок. Наемник

– Считаешь это необходимым? – недоуменно спросил Бестужев.

– Безусловно. Собственно, это уже во-вторых: с наступлением лета я планирую устроить ученикам выезд на природу… месяца на два. И мне не хотелось бы, чтобы кто-то из них загнулся от потери крови, напоровшись на сук, просто оттого что не знает, как правильно наложить жгут.

– Ого! – изумился мой будущий тесть. – Ничего себе пленэр! И зачем ты решил устроить эту вылазку? Полигона мало?

– Каким бы оборудованным и удобным ни был полигон, он все равно останется имитацией.

А ученикам пора нарабатывать живой опыт.

– Хм. Допустим, не буду спорить, тебе виднее, – вздохнул Бестужев. – Но что нужно от меня?

– Место, – пожал я плечами, но, заметив непонимающий взгляд собеседника, пояснил: – Угодья, заказник… в общем, территория, на которой встреча с людьми исключена или хотя бы маловероятна. Можно было бы, конечно, махнуть за Урал-камень и высадить их посреди тайги, но время! Тратить три-четыре дня на дорогу только в одну сторону… меня ученицы съедят от скуки еще до того, как я выпущу их на волю в пампасы!

– Эти могут, – понимающе кивнул Бестужев с едва заметной ухмылкой и, чуть помолчав, задумчиво произнес: – Попробую помочь, Кирилл.

Но сам понимаешь, отыскать безлюдные места в центральной части России очень трудно, даже если учесть боярские угодья.

Фух! Замечательно получилось. Даже уговаривать не пришлось, а я ведь больше всего опасался, что Бестужев начнет сопротивляться.

Как переезду дочери и сына в Москву, которую после неудавшегося и такого недавнего мятежа Валентин Эдуардович откровенно недолюбливает, так и новостям о двухмесячном забеге его дочери в леса. Ан нет. Не стал служилый боярин бучу поднимать. И это замечательно!

– Так, дети! – окликнул нас Бестужев, бросив взгляд на браслет-коммуникатор. – Машина у подъезда, можете отправляться.

– А не рано, дорогой? – повернулась к нему Раиса, отвлекаясь от беседы с Олей.

– В самый раз.

Пока доберутся до Александровской слободы, пока осмотрятся… – покачав головой, ответил Валентин Эдуардович. – В общем, езжайте, дети… И будьте терпеливы: формальная часть празднества – это еще тот балет.

– Совет окольничего Посольского приказа? – улыбнулся я.

– Именно, – усмехнулся в ответ Бестужев, указывая нам на двери.

Знакомый черный лимузин сыто чмокнул захлопнувшейся дверью и, хрустя гравием, покатился к воротам. Поехали.