Призрак музыки

Он на нее положился, и она не имеет права его подвести, как нельзя подводить людей, которые попали в беду и для которых ты – последняя надежда. Как бы еще суметь заставить себя не любить его…

* * *

Денис часто оставался ночевать у Кипиани, остался он и сегодня. Родители Артема покормили их ужином и ушли в гости, велев мальчикам на улицу больше не выходить и развлекаться дома. Денис любил такие вечера, когда они с другом оставались вдвоем, а уходящий день словно окутывал их покрывалом настоящей и недоступной другим близости.

К вечеру жара почти не спала, дышать было по-прежнему нечем, и Артем нервно метался по квартире, отыскивая место, где удавалось поймать хотя бы слабый освежающий сквознячок.

– Хочешь, почитаем? – предложил Денис.

– Нет, спасибо.

– Тогда давай музыкой заниматься.

– Не хочу.

– А чего ты хочешь?

Артем помолчал и внезапно спросил:

– Какая она?

– Кто? – оторопел Денис.

– Эта женщина из милиции.

– Каменская?

– Ну да. Как она выглядит?

– Обыкновенно.

– Ни за чем. Хочу знать, какое у нее лицо. Мне неудобно было близко к ней подходить. Сколько ей лет?

– Да старуха она, почти как твои родители.

– Не может быть. Ты, наверное, не разобрался.

Денис вскипел. С какой это стати Артем интересуется женщиной из милиции? Кто она ему? Что она ему? Единственный человек, которым его друг имеет право интересоваться, это он, Денис.

– Очень даже разобрался. Она старая. Она подполковник уже, как же она может быть молодой?

– Ты прав.

– Да ты что? – Денис деланно расхохотался. – Уродка! Ни рожи ни кожи. Была бы она молодая и красивая, она бы себе нашла миллионера и жила бы с ним на Канарских островах. Понял?

Артем снова помолчал. Потом сказал задумчиво:

– У нее голос хороший. Низкий, хрипловатый.

– Ничего хорошего, – оборвал друга Денис. – Голос как голос.

– Нет, хороший. – Артем улыбнулся мечтательно. – И говорит она хорошо, спокойно так. Как будто колыбельную поет.

– Да что ты заладил про эту тетку! Давай лучше что-нибудь поделаем.

– Не хочу. Давай просто посидим и помолчим, ладно?

Артем сел на широкий подоконник, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Денис, насупившись, уселся на полу рядом с окном. В первый раз за три года Артем отказался чем-то заниматься вместе. В первый раз за три года Денис Баженов перестал чувствовать свою постоянную, ежечасную и ежеминутную нужность Артему.