Девять смертных грехов. Часть третья

Мелькнула мысль, что у Счастливчика это почему-то получалось лучше и быстрее, но тут же стало не до этого.

Умертвие снова заорало и завыло, а его плащ и руки вытянулись во все стороны, стараясь добраться хоть до кого-то. Попавшие под удар последние гуасы разом рухнули без движения, умертвие искало новые жертвы, но рядом больше никого не было. А вдали… Тонкие отдельные полоски тьмы дотянулись до людей, но Илия смог сдержать их. Ученики неожиданно слаженно откликались на все его команды, и окутанная чистотой рука горгоны уверенно отводила удар за ударом.

* * *

Стою, любуюсь на ярящееся передо мной умертвие. Сил почти не осталось, но мне всего лишь нужно продержаться, пока захваченные мной жуки доберутся до сердца мертвой твари. Вот только что же они так долго!?

Неожиданно умертвие застыло, а потом попыталось рвануть куда-то вдаль. А я догадывался, что эта тварь так просто не сдохнет, и ждал этого момента! Ждал, изучал вставшее против меня создание смерти, чтобы именно сейчас выплеснуть из себя всю силу без остатка.

Белое пламя, созданное даром алхимика, растаяло, а потом вырвалось из-под земли плотными пиками, пронзая брюхо умертвия. То замедлилось и теперь не летело, а только ползло назад. Был один сильный рывок, когда оно почти соскочило, но пики выстояли, не сломались.

А потом я понял, что могу открыть глаза.

Я стоял там же, где мы встретились взглядами. Все тело умертвия оказалось покрыто могильными насекомыми, но оно было еще живо.

– Сюда! – у меня не было внутри ни капли чистоты, но сейчас я знал, где находится главная душа врага.

Видел, чувствовал и мог показать. Главное, чтобы рядом оставался еще хоть кто-то, кто смог бы ударить за меня.

Рядом блеснула сталь – я был не один. Меч вонзился точно туда, куда надо, но ему тоже не хватало чистоты. А еще силы, точности, уверенности…

– Еще! – рявкнул я.

Вслед за мечом в душу умертвия ударила обросшая чешуей горгоны рука. Странник добавил напора и мощи, и вот теперь главная душа умертвия не выдержала.

Я видел, как она расползлась, словно порванный ветром туман. Исчезло ядро, начали таять и другие души, а вслед за ними и тело. Мертвые насекомые тоже лишились подобия жизни и осыпались безжизненными тушками.

Почти все. К этому моменту я успел пропустить через себя немного чистоты и поделился ею с парой десятков мокриц и червяков, которые прикрылись тушами мертвых собратьев и медленно поползли ко мне. Еще минута, и они снова спрячутся во флаконе из-под зелья.