Почта Приграничья

Вот здесь телега явно подпрыгнула на узловатых корнях, вот плоды и вывалились из нее. Причем совсем недавно…

Почтарь отметил это и снова завел свою путницу в лес, предпочитая двигаться тут, а не по открытому пространству.

– А ведь через Волгу, наверное, можно попробовать перелететь, – задумчиво произнесла Настя, первой нарушив молчание.

– Ты о чем? – удивился Олег, стараясь не выпускать малявку из виду.

Все-таки дело к вечеру, тот же леший запросто с ума свести может даже ведунью, если та подставится.

Или ведьма какая могла сглаз навести – по календарю сегодня полнолуние, мало ли какая блажь им в этот день могла в голову ударить.

– Я о летучих кораблях, – сказала Настя таким тоном, как будто специально ждала подходящего момента. – Или ты опять забыл, что я знатных кровей? При дворе Великого князя много новинок показывают мастера, и сейчас княжья дружина испытывает корабли, что по воздуху как по морю ходят…

– Я эти сказки тоже читал, – отрезал Олег, отводя в сторону тугую ветку.

В сторону порхнула какая-то лесная птица, маленькая и безобидная, но терять бдительность все равно нельзя – даже в исхоженных чащах порой таятся охочие до людских душ навьи твари.

– А это и не сказки, – гордо сообщила Настя, следуя за ним по пятам. – По-иноземному они называются аэростаты, но отец говорит, что такое название не приживется. То ли дело летучие корабли…

– И как они выглядят? – не оборачиваясь, уточнил парень.

– Шар, наполненный легким газом, к нему привязана корзина… – начала девочка, и Олег понял, о чем она говорит.

– Рассказывают, что древние люди пытались перелететь Волгу на бычьих пузырях с горячим воздухом, – сказал он, завидев вдалеке меж ветвей поляну. – Навь их крутила-вертела, и в лучшем случае летуны, заблудившись в небе, возвращались обратно. А те, что все же оказались настойчивей, сгинули. Навь не обманешь…

Пока Олег просвещал Настю, они снова вышли поближе к дороге.

Почтаря привлекли крики собирающихся впереди ворон, а потом он увидел и то, что так раззадорило этих любителей мертвечины. И картинка эта была совсем не радостной.

– Кто здесь? – раздался испуганный голос. – Человек или дух? Назовись!

– Человек, – сказал Олег, морщась от нестерпимого трупного запаха и отмахиваясь от назойливых мух.

Дюжина мертвых безголовых коров с распоротыми животами в беспорядке валялись на примятом цветочном ковре.