Почта Приграничья

Сам же первый не выдержит…

– …Тяжкие времена настают, сельчане, ох, тяжкие! – высоким надтреснутым голосом говорил старик в тот момент, когда они подошли поближе. Люди стояли плотной стеной, окружив вестовой столб с пожухлыми объявлениями и возбужденно скачущего рядом с ним оратора. – Навь не впервые нарушает великий Договор! Что ей надо? Почему участились нападения? И почему Мышата бессилен защитить нас?

– Да-а! – прогорланил кто-то из деревенских, высокий вихрастый парень, но его лишь несмело поддержали парочка мужиков.

– Тут все ясно, – поморщился Олег и развернулся, вознамерившись уйти прочь. – Давай дальше, поговорим с более спокойными людьми.

– А с этим что? – Настя ткнула большим пальцем за плечо, указывая на разгоряченного старика.

Почтарь уверенными шагами двигался к главной улице, и девочке приходилось чуть ли не бежать за ним, чтобы поспеть. Газовых фонарей здесь было гораздо больше, чем в Огнищеве, и светло было почти как днем, несмотря на поздний час. Где-то вдалеке отчаянно лаял пес, а еще, кажется, мычали коровы.

– Это Всемил, – объяснил ей Олег, продолжая идти. – Заклятый друг почившего отца нашего Мышаты. Не думал, что он еще жив. Видимо, хотел подмять под себя деревню, а сын старосты оказался проворнее. Вот и копает теперь под него. Всегда воду баламутил этот старый злыдень.

Почтарь про себя вздохнул, вспомнив тот единственный раз, когда он был бы рад, пойди Всемил против старосты и помоги начать расследование смерти его отца. Но нет, в тот раз старый пройдоха предпочел отсидеться в стороне, словно ничего не замечая…

– Понятно, – кивнула Настя.

 – Это как при княжьем дворе – обязательно есть те, кто только и ждет ошибки правителя…

– Вот-вот, – кивнул почтарь. – Олег? – неожиданно его окликнула какая-то светловолосая женщина, причем, как показалось Насте, со смесью радости и удивления. – Олег Локов?

Настя с интересом оглядела незнакомку, отметив, что несмотря на примерно одинаковый с Олегом возраст, выглядела она похуже.

Словно постоянный стресс, в котором проходила жизнь почтаря, позволял ему не только зарабатывать на жизнь, но и, поддерживал в тонусе, помогая медленнее стареть.

– И вам доброго вечера, – Олег хмуро ответил на приветствие. – Мы знакомы?

– Да ты что, Олег? – удивилась женщина. – Это я, Снежа! Стоянова дочь! Мы же вместе с тобой росли!

– Ах да, – Насте показалось, что почтарь словно бы натянул на лицо вымученную улыбку. – Здравствуй, Снежана.