Почта Приграничья

– Это Локов! Что он тут забыл? Никогда ведь сюда принципиально не заходил… – раздался тихий ропот.

Настя начала внимательно прислушиваться к тому, что происходит. Ее напарник не пожелал ей ничего рассказывать, но, похоже, она сейчас и без него узнает что-то новое. Хотя, конечно, странно – не смогла не отметить девочка – что Олег, который только недавно рассказывал, что не нужно вмешиваться в чужие дела, не стал проходить мимо намечающегося скандала.

Почтарь тем временем приблизился к лысому парню, хлопнул его по плечу и вновь обратился к Твердяте:

– Чем тебя обидел этот парнишка? И как вообще столь зеленый напарник может обидеть опытного почтаря?

На последней фразе Настя не удержалась и фыркнула.

До этого мишенью для выпадов почтаря обычно приходилось быть ей самой, а тут довелось увидеть, как тот поставил на место здоровенного бородача. Вон как тот кровью-то налился. Девочка ждала, что тот сорвется, но тут неожиданно проявила себя недавняя стриженная наголо жертва.

– Я тоже опытный почтарь! Почти… – лысый скинул с себя руку Олега, но тут же будто смутился своего порыва.

Люди на входе в трактир вновь засмеялись, а чернобородый словно бы обрадовался тому, что может сменить тему разговора, и процедил сквозь зубы:

– Не смей позорить нашу благородную профессию, Некрас! Особенно перед наследником покойного Локова!

Настя после этих слов невольно вздохнула: еще несколько часов назад Олег буквально полыхнул гневом, когда староста Оковиц попытался упомянуть его отца.

И что теперь будет? И ведь этот черный-то неплох: вроде бы и оказал уважение роду ее напарника, но при этом как одновременно принизил его самого.

Впрочем, Олег уже надел свою привычную каменную маску и проигнорировал слова что лысой жертвы, что ее обидчика.

– Довольно, Твердята, не нужно этого. Расскажи лучше, что случилось на задании, – почтарь осмотрел собравшихся, и Настя неожиданно заметила, как именно он это сделал. Словно имеет право… Что ни говори, а в Приграничье совсем не так как в столице живут.

Там бы подобного поведения обычному человеку точно не простили. Да и кто из обычных людей посмел бы играть роль пусть небольшого, но князя (ведь кто еще имеет право судить, если не он) без разрешения свыше.

– Может, зайдешь внутрь, Олег? – обволакивающим голосом спросила из-за спины чернобородого женщина. – Выпьем по кружке сбитня, и Твердята тебе все расскажет.

– Не могу, Василина, – покачал головой почтарь.