Тайна чёрной «Волги»

– Я лишь помогаю андроповским коллегам в их расследовании, – дипломатично ответил Камышев на уже подзабытый, но от этого не менее провокационный вопрос Петрик. – Нам бы поговорить с учительницей, которая видела черную «Волгу» сегодня. И с ребенком тоже.

– Это Ваня Самуйлов, – кивнула Зоя Михайловна. – У них сейчас заканчивается последний урок, я попрошу педагога отправить мальчика ко мне в кабинет. Там вы сможете с ним поговорить. А учительница, о которой идет речь, это наш математик Евгения Яковлевна Скрыль.

У нее сейчас «окно», так что можете пообщаться.

– Где нам ее найти? – любезно уточнил Камышев.

– Четырнадцатый кабинет, – Петрик строго посмотрела на него поверх очков. – И не забудьте, что через двадцать пять минут вас будет ждать Ваня. Надолго я его задержать не смогу, сами понимаете. Родители волнуются, детей встречают после школы… Так что давайте, товарищи милиционеры, не посрамите погоны.

Выдав эту сентенцию, Зоя Михайловна уверенным шагом направилась прочь, двигаясь совершенно не по-женски, а как старый солдат в юбке.

Эдик выждал пару секунд, воровато оглянулся, потом попил воды из школьного фонтанчика.

– Детство вспомнил, – улыбнулся он Камышеву, который терпеливо ждал, пока его коллега утолит жажду.

Евгения Скрыль оказалась высокой женщиной под сорок с длинной русой косой и вытянутым лицом, на котором резко выделялись старомодные круглые очки. Одета она была по-мужски, в клетчатую рубаху и бесформенные штаны, и если бы не молоденькая учительница, подвергшаяся остракизму со стороны директрисы за мини-юбку, и еще парочка ее коллег, Валерий решил было, что в этой школе явно что-то не так с женственностью.

Хотя кто-то точно бы записал одну молодую особу в ведьмы – следователь снова с улыбкой вспомнил свою прабабку Машу и ее привычку вешать подобные ярлыки. Яркая одежда и подлый характер, говорила она, верные признаки. Вот только советская власть давно уже доказала, что сила не в чёрте, а в прямых руках и сильной воле. Валерий невольно вспомнил Петрик: уж на эту даму, явно послужившую в армии, можно хоть тысячи проклятий повесить, ей будет все равно. Только сплюнет и пойдет дальше тащить на себе школу, несмотря на любые проблемы.

– Евгения Яковлевна, у нас к вам, как вы понимаете, есть вопросы, – обратился к математичке Камышев, когда они с Эдиком представились и показали удостоверения.

– Конечно, – с готовностью кивнула Скрыль и жестом пригласила следователей присесть за парту в переднем ряду.