Король башни

Сплошной, без единой двери и окон, впрочем, нас подобные мелочи точно не остановят.

Как говорили жители древней Спарты: мечи воинов являются ее настоящими стенами. А все остальное уже глупости, которые нужны только толстым торгашам. И пусть Лакедемон в итоге пал, но сейчас мне действительно могли бы помешать только обычные воины-вороны. Разумные, способные позвать подмогу или просто сделать что-то выходящее за рамки в любой самый неудачный момент. А камни… Как бы крепки они ни были, рано или поздно они всегда падут.

– Девочки, я могу попросить вас? – я посмотрел на Шелли и Дайю, а потом послал им мысленный образ, что именно нужно сделать.

Те спокойно кивнули, а потом четыре маленькие ладошки опустились на стену башни, и по ее черной матовой поверхности побежали исходящие от них волны. Резонанс Смерти. Это как обстучать даже маленьким молотком кирпич, чтобы потом разломить его на части голыми руками. Кто-то не знает об этом маленьком фокусе, кто-то же с его помощью может притвориться великим мастером, способным крушить камни, а я… Я решил попробовать использовать эту простую хитрость для того, чтобы попасть в башню воронов.

– Достаточно, – Шелли и Дайя сразу же прыснули в сторону, едва услышав мой голос.

И в тот же миг мы с Самайном ударили по каменной кладке. Долгое мгновение казалось, что древние кирпичи смогут выдержать наш натиск, но нет. Сотни маленьких вибраций нарушили их плотность, и в итоге мы просто вбили несколько тонн гранита, или из чего тут все сделано, в огромный холл первого этажа.

Что ж, как минимум теперь нас никто не сможет заметить, просто выглянув в окно. Осталась сущая мелочь – поколотить эту светлую банду, узнать, где здесь тюрьма, а еще… Тут мои мысли оборвало тихое покашливание, и я увидел, как из теней у дальней стены выходит парочка старых знакомых.

– Удивительно, Лаура оказалась права, когда заявила, что весь этот шум-гам просто для отвлечения внимания, – Коракс, старший воин левого крыла клана ворона, один из помощников моего лейтенанта, Кери-Дона, уверенно встал за спинами своих светлых собратьев и скрестил руки на груди.

Его спутница с высоким клювом и плавными аристократическими манерами молча расположилась рядом. Лаура.