Аугментированный

– Ты же дал им меня убить? А сам пошел к моей женщине?

– Д… д… Джеки, это ты, Джек? П… Прости меня, я хотел рассказать ей, что с тобой стало, и … – он замолчал и начал плакать, просто рыдать как ребенок, из-под его безразмерных трусов потекла струя мочи, – т… тебя п… прислала смерть за м… мной, да? Я з… з… знал, что она существует. Е… единый бог разума никого от нее не спасет.

– Какая смерть? Ты совсем чокнулся? Что ты хотел сказать вначале? Ты пришел рассказать ей, и? И что? Ты не договорил.

Хотел рассказать, что со мной приключилось, и?

– И принес наркотики, т… так получилось, п… просто так получилось. П.. Прости, – и тут он сообразил, что смотрит на меня, и начал старательно отводить взгляд.

С кровати вскочила Кити, подбежала ко мне, обняла сзади и начала шептать:

– Я думала, ты мертв, прости. Прости меня. Тебя не было так долго.

– Долго? Меня не было несколько дней.

Я повернул голову вбок и увидел в разбитом зеркале на старом пластиковом шифоньере свое отражение. Плащ расстегнулся, на верхней части тела у меня больше ничего не было из одежды, не считая того, что большая часть груди стала металлической. Из-под одной штанины выглядывал кроссовок, а из другой – железная ступня, я очень сильно похудел, рукав задрался по локоть, и душившая Боба рука тоже была не такой, какой я ее помнил с тех времен.

Я впервые увидел себя нового во весь рост. На меня смотрел не человек с металлическим черепом, впалые глазницы полностью покрывало немного выпуклое непрозрачное стекло, с еле просвечивающимися красными огоньками в нем; с одной стороны, где должен был быть уголок губы, находился, немного выпирая, динамик. Я был в шоке от того, что со мной произошло. Настолько круто я не выглядел никогда в жизни. А люди вообще думают, что я сама смерть. Я разжал пальцы, и туша Большого Боба с грохотом рухнула на землю, все еще живая.

– Собирайся, мы едем в новый дом, где есть хотя бы воздух, – и, оглядевшись, добавил, – в отличие от этого притона.

Внизу моего зрения появилась красная бегущая строка: «Недостаточное количество кислорода. Покиньте переполненное помещение. Через шесть дней присутствия в этом помещении появятся необратимые последствия».