Стилист

В других обстоятельствах она бы уже давно уехала отсюда, но сейчас она была на работе. Стало быть, эмоции в сторону, никаких обид и претензий, а гонор спрятать подальше. Ей нужен этот коттеджный микрорайон, ей нужен этот дом. Значит, ей нужен Соловьев, и она должна терпеть, как бы с ней здесь ни обращались.

Стараясь не привлекать к себе внимания, она прошла из комнаты в просторную, красиво отделанную прихожую-холл, достала из стенного шкафа свою куртку и, набросив ее на плечи, вышла на крыльцо, с одной стороны которого были ступеньки, а с другой – пологий съезд для коляски.

Все окна первого этажа были ярко освещены, до нее доносились оживленные голоса и смех, и она вдруг почувствовала себя ужасно одинокой, никому не нужной, лишней.

Опершись на перила, она вытащила сигареты и закурила. Что они себе думают, эти издатели? Что она – нищая дурнушка, рассчитывающая подцепить богатого мужика, воспользовавшись тем, что он инвалид и уже вряд ли может претендовать на любовь молодой красавицы? Наверное, именно так они ее и воспринимают.

Поэтому и смотрят искоса и явно неодобрительно, поэтому и демонстрируют ей свое пренебрежение. Ты, дескать, девочка, ни на что не рассчитывай, это не твой круг. Не видать тебе состоятельного Соловьева как своих ушей. Интересно, как бы они посмотрели на нее, если бы она накрасилась и надела роскошные тряпки, которые мать исправно привозила ей из Швеции? Стоит ей захотеть, и она может выглядеть как кинозвезда. Только дело в том, что ей этого никогда не хочется. Если нужно для дела – тогда, конечно, другой разговор. Но по собственной инициативе Настя Каменская никогда этого не делает. Ей это неинтересно.

– Отдыхаете от веселья? – раздался голос совсем рядом с ней.

Настя обернулась и увидела забавного человечка лет сорока или чуть меньше, плешивого, с густыми и длинными усами, как у картинных запорожских казаков. Человечек был в хорошем костюме и при галстуке и держал под мышкой небольшой пакет. Он пришел пешком, и Настя сообразила, что это, наверное, сосед.

– Скорее даю возможность другим гостям отдохнуть от меня, – приветливо ответила она. – Я такая серьезная, а их, похоже, это угнетает.

– Много народу собралось? – спросил «запорожец», как ей показалось, испуганно.

– Да нет, всего трое. Заходите, пожалуйста, дверь открыта.

– Неудобно, – отчего-то засмущался «запорожец». – Я думал, еще никого нет, хотел поздравить Владимира Александровича, подарок принес. Но если там гости, я, наверное, не буду заходить.