Дневник тайных пророчеств

 – Вера Павловна покосилась на отца Андрея и с любопытством спросила: – Дьякон, могу я узнать, почему вы интересуетесь моим братом?

– Я служу в отделе Патриархии по связям с правоохранительными органами, – объяснил отец Андрей. – Иногда, по долгу службы, мне приходится заниматься расследованием…

– Дружочек, мой брат умер от сердечного приступа, – пожала плечами Вера Павловна. – И я не понимаю, что здесь нужно расследовать. И вообще, с каких это пор священники занимаются расследованием преступлений?

Отец Андрей смиренно опустил глаза.

– Вера Павловна, – тихо сказал он, – если мое присутствие раздражает или огорчает вас – я немедленно уйду.

Несколько секунд женщина молчала, разглядывая дьякона, затем усмехнулась и сказала:

– Да нет, отчего же. Вы меня не раздражаете, даже наоборот. Я ожидала увидеть этакого «батюшку» с сальными волосами и огромным животом. А вместо него пришел молодой Киану Ривз. Хотите кокаину? – неожиданно спросила Вера Павловна.

Дьякон изумленно посмотрел на женщину и выдавил из себя улыбку, думая, что она шутит.

– Нет? – Вера Павловна усмехнулась. – А я, с вашего разрешения, пробегусь по «дорожке». Вы тут как-нибудь развлекайтесь, а я вернусь через минуту.

Женщина повернулась и, мгновенно потеряв к гостю всякий интерес, пошла прочь из комнаты.

– Вера Павловна! – окликнул ее дьякон. – Пока вы будете заняты, могу я осмотреть кабинет Виктора Павловича?

Абрикосова, не оборачиваясь, махнула рукой:

– Валяйте.

Кабинет генетика оказался небольшим, но чрезвычайно изящно обставленным помещением. Резной письменный стол на толстых ножках, покрытый зеленым сукном. Пара стульев из красного дерева с бронзовыми вставками и шишечками на спинках. Старинное кабинетное кресло и старинный книжный шкаф, уставленный книгами. В углу комнаты – небольшой камин, а на нем – бронзовая фигура вставшего на дыбы коня, сбросившего с себя всадника. Все здесь дышало основательностью и любовью к старине.

На стене, позади стола, висела небольшая гравюра в черной лакированной рамке.

– Нравится? – услышал отец Андрей у себя за спиной.

Он обернулся и вежливо улыбнулся беззвучно вошедшей Вере Павловне:

– Интересная гравюра.

Вера Павловна остановилась рядом. Она выглядела заметно оживленнее, чем две минуты назад. В ее темных глазах блестели озорные огоньки.