Иероглиф смерти

– Что за факт?

– Рот жертвы зашит плетеной лавсановой нитью с фторполимерным покрытием АР-87. Чаще всего эту нить используют патологоанатомы для зашивания рассеченных тканей.

На лицах присутствующих появилось выражение мрачного удивления.

– Но это еще не самое странное, – продолжил судмедэксперт, явно наслаждаясь реакцией коллег. – Самое странное, что нить, которой был зашит рот нашей жертвы, не новая.

– Как не новая?

– Да так. Ее уже когда-то использовали. По назначению.

Полковник Жук сдвинул брови.

– Семен Иванович, вы хотите сказать, что эту нить…

– Уже пускали в дело, – повторил судмедэксперт. – А потом вынули из зашитой плоти покойника и использовали снова.

– Ужас, – тихо проговорил молчавший до сих пор Стас Данилов. – Кто мог такое сделать? Какой-нибудь бывший патологоанатом?

– Почему обязательно бывший? Да и совсем не обязательно, что патологоанатом. Нить мог вынуть любой, кто имел доступ к телу.

Вот только тело это мы, боюсь, найти не сможем.

– Когда, примерно, эту нить использовали в первый раз? – спросил Волохов.

– Думаю, не меньше года назад, – ответил Лаврененков.

– Чем дальше в лес, тем злее комары, – проворчал Волохов.

Полковник взглянул на Любимову.

– Мария Александровна, а вы что скажете?

Кроткие и любезные интонации голоса, выражение лица и глаз, которыми он прикрывал свое бессердечие, – все было на месте.

– Думаю, это не случайность, Андрей Сергеевич, – сказала Маша.

– Ясен перец, не случайность, – горячо проговорил Волохов. – Этот гад не только маньяк-убийца, но еще и некрофил.

– Думаю, делать такие выводы преждевременно.

– Тогда предложи другой вариант, раз такая умная.

– Возможно, мы столкнулись с ритуальным убийством. А если так, то каждая мелочь тут имеет символическое значение. Нить, которая была использована вторично, может служить символическим мостом между смертью одного человека и смертью другого.

К тому же эта нить может иметь сакральный смысл. В глазах убийцы она как бы «освящена» смертью, поскольку прибыла к нам из загробного царства.

– Маш, по-моему, ты увлеклась, – сказал Волохов. – Мы тут говорим об убийстве девушки, а не обсуждаем суеверия наших предков.

Полковник Жук вздохнул, отвел взгляд от Марии и сказал:

– Да уж. Давайте-ка обсудим процедурные вопросы.