Портрет-призрак

Странно, что бездарный мазила Дронов, у которого даже яблоки выходят похожими на дыни, сумел так удачно распределить краски на холсте. Эта женщина на диване… Ее кожа не просто золотилась, она словно светилась изнутри. Модель лежала на диване вполоборота. Полупрофиль у нее был точеный, немного резкий и все же необыкновенно женственный. Она была похожа на царицу, разоблачившуюся и улегшуюся на диван в ожидании любовника. Какого-нибудь юного офицера из свиты.

Маргарите стало даже немного жаль, что в запальчивости она избавилась от картины.

Впрочем, как человек, живущий одним днем, она не привыкла жалеть о том, что сделала.

Мало ли еще картинок будет в ее жизни. Но странно, что Дронов так вопиюще и даже вызывающе спокоен. Эта работа – его безусловная удача, а Марго знала, насколько сильно он дорожит картинами, которые «удались»!

Дожевав последнюю корочку, Марго решила окончательно прояснить ситуацию, сгребла со стола мобильник и набрала номер своего бывшего.

На этот раз он взял трубку сразу:

– Слушаю тебя, Ритуся!

– Все еще спишь, пупсик? Так можно все на свете проспать!

– Иногда долго спать – чертовски полезное занятие.

Однажды вечером я крепко уснул, а когда проснулся в полдень следующего дня, тебя уже не было. Этот полдень стал для меня лучшим в жизни.

– Свинья.

– Истеричка.

Обмен любезностями был закончен, и Марго перешла прямо к делу:

– Вчера я забыла тебе сказать, что продала твою картину.

– Какую картину? – насторожился Дронов.

– Ту самую. С женщиной, лежащей на диване.

Локальные и очень насыщенные цвета – синий, красный, бежево-золотистый. Расслабленная поза. Изящный поворот головы. Красочный слой очень плотный.

– Локальные цвета, красочный слой… Ты где всего этого понахваталась, Ленская?

– С кем поведешься, от того и наберешься, – сухо ответила Марго.

Дронов хихикнул в трубку:

– Уважаю. Но лопни моя печенка, если я понимаю, о какой картине ты говоришь.

– Дронов, кончай кривляться. Эта картина – настоящая удача. Ты не можешь этого не признать.

Возникла пауза. Прошло несколько секунд, прежде чем Дронов заговорил снова.

– Кажется, я понял, – медленно проговорил он. – Ты решила меня разыграть, да? Но тебе не кажется, что розыгрыш слегка затянулся?

Как обычно бывало в подобных ситуациях, Марго испытала непреодолимое желание высказать своему бывшему все, что она о нем думает, но она сдержалась. Вся эта канитель с картиной начала ее утомлять, и она решила расставить все точки над «е».