Тот, кто знает

Игоречек, а твой отец имеет отношение к приемной комиссии во ВГИК?

Только теперь до него стал доходить смысл ее слов. Она что же, рассчитывает, что его отец поможет ей поступить учиться «на актрису»? Бедная девочка…

– Светик, мой отец к приемной комиссии никакого отношения не имеет. Отбор абитуриентов осуществляют известные актеры и режиссеры. А он – преподаватель, профессор.

– А что он преподает? Актерское мастерство?

– Научный коммунизм.

– Что?! – Света резко поставила чашку с шоколадом на стол.

– Научный коммунизм. Ты что, плохо слышишь?

– Но у него же есть связи, – растерянно заговорила девушка, нервно постукивая ложечкой по руке, – он же нам билеты доставал в театры и на закрытые просмотры… Ты сам говорил, что у него большие знакомства в мире кино. Неужели он не может мне помочь?

– Светик, он даже мне не смог помочь, когда я провалился на экзаменах в летное училище. Мне, своему родному сыну!

– Ты хочешь сказать, что я ему – никто? – Лицо ее приобрело хищное выражение, но всего лишь на какой-то миг, и снова стало горестным и просящим.

 – Конечно, Игоречек, ты прав, как всегда. Если бы я официально была твоей женой – другой разговор. А так – кто я ему? Знакомая сына. Он даже не знает, что мы с тобой уже давно фактически муж и жена. Выходит, шансов у меня никаких, и придется мне возвращаться в этот дурацкий Томск и учиться на этом дурацком юрфаке, от которого у меня уже скулы сводит. Что ж, значит, не судьба.

Она улыбнулась и погладила Игоря по руке, и снова он с облегчением вздохнул, увидев, что ситуация, грозившая перерасти в конфликт, благополучно разрешилась без ссоры, слез и истерик.

* * *

В ноябре Игорь стал замечать, что в Светлане снова начала проступать та самая надменность и холодность, которая так не нравилась ему. Они по-прежнему жили вместе, вместе сидели на лекциях и возвращались домой, в квартиру Тамары Серафимовны, только вот в магазины Света совсем перестала ходить, так же как перестала есть то, что покупал Игорь.

– Не хочу, – вяло отмахивалась она, глядя в окно или уткнувшись в книгу, – меня от этого мутит.

– С голоду помрешь, – весело предупреждал Игорь, решивший, что лучше всего не обращать внимания на капризы и дурное настроение.

– Все равно не буду. Я не могу это есть.

– Ну хочешь, в кафе сходим? – предлагал он.

Чаще всего Света соглашалась, но иногда и это предложение отвергала:

– Да ну, там такая же муть с комбижиром.