Соло-Рекс

И мы, ученые, политики и религиозные деятели, должны сделать все, чтобы избавить человека от тревог и душевных терзаний...

Клов взял пульт и выключил у телевизора звук. Затем снова посмотрел в окно. За окном митинговали «натуристы». На взметнувшихся над их головами плакатах иероглифами и кириллицей были намалеваны цитаты из проповедей Пастыря Накамуры. «Долой все искусственное!» «Мы – за реальный мир!» «Объявить мемы вне закона!»

Клов отвернулся от окна. В большом сером здании, принадлежавшем Военному Совету – в здании, которое так долго было островком безопасности и спокойствия в непрерывно изменяющемся, полном насилия мире, теперь было так же небезопасно, как везде.

– Процесс восстановления закончен, – сказал полковник Рохлин. – Как вы себя чувствуете, капитан Клов?

– Я в норме, – ответил агент-оперативник.

Полковник Рохлин кивнул. Его черный плащ-кимоно был перепоясан золотым поясом-хакамой, на перевязи висел кинжал-вакидзаси в золотых ножнах (знак принадлежности к высшему офицерскому составу).

– Я ликвидировал Пастыря Накамуру, – не то спросил, не то констатировал Клов.

– Вы все сделали как надо, капитан, – сказал полковник Рохлин. – Ваш статус повышен до «примулы». Это означает, что с сегодняшнего дня вы получите все привилегии, полагающиеся старшему офицерскому составу. Включая право на дополнительный жилой метраж и допуск в хранилища древних земных артефактов.

– Да, господин полковник.

– В музыкальном хранилище есть тысячи записей древних певцов и музыкантов.

– Рад это слышать, господин полковник. Можно задать вопрос?

– Задавайте.

– Это было на самом деле? Или я был внутри учебного симулятора?

– Это не имеет значения. Вы получили задание и выполнили его. И теперь ваш служебный статус повышен. Приведите себя в порядок и отправляйтесь домой. Вам нужно хорошенько отдохнуть.

Полковник Рохлин поднялся со стула и, не говоря больше ни слова, вышел из комнаты.

Клов снова улегся на кровать. Он знал, что отдых ему абсолютно необходим. Лежа на спине, капитан долго смотрел на белый потолок, стараясь не прислушиваться к мыслям и словам, мелькающим у него в голове, и настроиться на отдых. Но это оказалось тяжелее, чем он думал.

Медитировать не получалось. Клов сел на кровати и опустил босые ноги на прохладный пластиковый пол.